Актуальность темы. Туризм как вид экономической деятельности имеет свою специфику. Главная его особенность состоит в том, что результатом производственного процесса туристического предприятия является туристский продукт, существенно отличающийся от других продуктов. Прежде всего, туристический продукт нематериален, его нельзя складировать, накапливать и получать в собственность, производство продукта совпадает с его потреблением во времени и в пространстве. Непроданный продукт означает прямой убыток, который нельзя восстановить. Наконец, туристические предприятия не могут в одиночку справиться со своими задачами. Они вынуждены обращаться к посредничеству специализированных фирм, которые удовлетворяют запросы рынка и обеспечивают доходность благодаря тесному контакту с потенциальными клиентами.

Эти особенности обуславливают характер труда в туризме, специфика которого заключается в:

*  сравнительно большом удельном весе живого труда, что затрудняет его нормирование;

*  высокой степени воздействия на процесс производства и реализации туристического продукта субъективных факторов как со стороны работников туристического предприятия, фирмы, так и со стороны клиента;

*  комплексности производства туристического продукта, который является результатом слаженной работы самостоятельных коллективов, труд которых подчинен одной цели — удовлетворению потребности клиента;

* наличии производительного и непроизводительного труда.

Особенности труда в туризме предполагают иные подходы в кадровой политике, организации найма, подбора, приема персонала, профориентации и адаптации, обучении и управлении деловой карьеры, служебно-профессиональном продвижении и др.

Анализ последних исследований и публикаций. Вопросы кадровой политики в туризме, отбора, подбора и расстановки кадров, их мотивации исследовались такими авторами, как А.Ю. Александрова, М.Б. Биржаков, Ф. Котлер, М. Мескон, Н.Д. Лукьянченко, А.Д. Чудновский, В.Д. Шапиро и др.

Выделение нерешенной части проблемы. Как правило, большинство рекомендаций по управлению кадровым потенциалом предприятий, в том числе туристических, в недостаточной мере учитывают индивидуальные врожденные особенности личности, ее сильные и слабые стороны. В ряде случаев к претендентам на должности предъявляются взаимоисключающие требования, которым не может в полной мере соответствовать практически ни один человек, что неизбежно приводит к конфликтам, разочарованиям, снижению производительности труда, неэффективному использованию рабочего времени и высокой текучести кадров. В ходе отбора претендентов на должность зачастую используются либо недостаточно результативные (беседы, интервью, тестирование по общеизвестным методикам), при использовании которых велик шанс принять не самого подходящего работника, либо затратные методы (проведение деловых игр, прием на работу с испытательным сроком, использование услуг специализированных компаний по трудоустройству), ведущие к значительным затратам времени и/или средств, либо ухудшению репутации предприятия как в глазах потенциальных работников, так и клиентов. В то же время технологии соционики при наличии грамотных специалистов или возможности доступа к их услугам могут позволить сформировать работоспособный сплоченный коллектив с обеспечением полной психологической, информационной и деловой совместимости за короткий срок [1, c. 20].

Цель исследования – обоснование перспективности применения подходов психологии и соционики в управлении кадровым потенциалом туристических предприятий.

Изложение основного материала. Профессионально-квалификационная структура кадров в сфере туризма складывается под воздействием профессионального и квалификационного разделения труда. Основной контингент занятых, по мнению отраслевых специалистов-практиков — это лица, имеющие гуманитарную направленность [2].

Подбор и расстановка кадров в сфере туризма призваны решить две взаимосвязанные задачи:

* назначение на должности работников, имеющих соответствующую квалификацию, опыт и образование;

* нахождение для каждого из них соответствующей его про­фессиональным данным и личностным особенностям сферы трудовой деятельности, оптимизация должностных и функциональных обязанностей.

Грамотное решение этих задач способствует качественному выполнению сотрудниками должностных обязанностей. Кроме высокого уровня компетентности, сотрудники, работающие непосредственно с клиентами, должны обладать коммуникабельностью и умением строить взаимоотношения с людьми. Благодаря безупречному обслуживанию и послепродажному сервису качественного туристского продукта они создают необходимую репутацию предприятия на рынке и способствуют привлечению клиентов.

Формирование профессиональных требований к потенциальным работникам должно основываться на установлении специфических особенностей выполнения работы на соответствующей должности.

В табл. 1 приведены обязанности и требования, а также наиболее подходящие психотипы людей на соответствующие должности с позиций соционики. В графе 4 наиболее подходящие психотипы (типы информационного метаболизма — ТИМы) приведены в порядке убывания предпочтительности.

Таблица 1.

Рекомендации по подбору сотрудников основных профессий в туризме

Предлагаемое распределение психотипов (ТИМов) по профессиям может корректироваться в зависимости от типов уже имеющихся на предприятии сотрудников и возможных интертипных отношений между ними, а также с учетом целей и задач предприятия/организации, этапа его жизненного цикла, ситуации на рынке и выбранной стратегии развития предприятия.

Выводы. Анализ состава и структуры трудового коллектива, отбор и подбор кадров с помощью использования соционических методик позволит оптимально распределить кадры с учетом особенностей ТИМа каждого сотрудника и его возможных интертипных отношений с каждым в отдельности и коллективом в целом. Это позволит максимально реализовать потенциальные возможности каждого работника, улучшит психологический климат в коллективе, повысит производительность труда и эффективность взаимодействия, обеспечив синергетический эффект для организации в целом.

Литература:

1. Букалов А.В. Потенциал личности и загадки человеческих отношений. – М.: Черная белка, 2009. – 592 с.
2. Экономическая статистика туризма. Трудовые ресурсы туристского предприятия. — [Электронный ресурс]: Режим доступа // http://www.kukiani. ru/index.php?page=content&subpage=s&r=7&p=16&s=55#1
3. Профессии в туризме. Сайт Анастасии Смирновой — [Электронный ресурс]: Режим доступа // http://anastasiya-smirnova.com/pages/prof.php

  Впервые опубликована:

Материалы межвузовской научно-практической конференции «Формирование экономического механизма функционирования туризма» 27 апреля 2011 года: Донецкий институт туристического бизнеса / Отв. ред.: к.э.н., доц. И.П. Подмаркова. — Донецк: ЧВУЗ ДИТБ, 2011. — С. 123-129.     

Презентация доклада

Вопросы психологической мотивации к туризму (Т) неизменно важны для его пропагандистов и организаторов. Новые механизмы такой мотивации открывает соционика – наука о круговороте смысловой информации в природе, и в том числе в социуме. Элементарная соционика использует дихотомийный метод, а высшая – аспектный [2]. Первый основан на использовании 15-ти признаков Рейнина[1] [7], а второй – на использовании соционических моделей (главным образом модели А [1]). Эти методы взаимно дополнительны и позволяют изучать разные уровни тонкой организации индивидуума [3].

Согласно К.Г.Юнгу [10], всё богатство смысловой информации можно свести к 8-ми её обобщённым аспектам, и каждому из них однозначно соответствует одна из 8-ми основных функций личности[2] (ОФЛ): деловая логика (ЧЛ), структурная логика (БЛ), этика эмоций (ЧЭ), этика отношений (БЭ), интуиция возможностей (ЧИ), интуиция времени (БИ), волевая сенсорика (ЧС) и сенсорика ощущений (БС) [8]. Все ОФЛ обязательно представлены у каждого соционического типа личности (СТЛ)[3] и именно к ОФЛ сводится, в конечном счёте, любой аспект деятельности[4].

Мотив деятельности есть «опредмеченная потребность» субъекта [5, с.404], а мотивация есть система мотивов [6, с.198]. Определим потребность как состояние зависимости субъекта от внешних и внутренних условий его жизнедеятельности. Успешное удовлетворение своих потребностей вызывает у субъекта чувство удовольствия, или психологический комфорт (ПК), и наоборот. Поэтому субъекту свойственно стремиться к достижению ПК, потребность в котором можно определить как вторичную, недифференцированную (надстроенную над дифференцированными) потребность.

В модели А СТЛ неслучайные пары ОФЛ образуют четыре этажа, или блока [1], причём ПК субъект испытывает только от активности ОФЛ, образующих этажи ЭГО и СУПЕРИД [9]. Поэтому у субъекта всегда существует потребность в чередовании активности именно этих четырёх ОФЛ. Эти ОФЛ являются первичными ценностями СТЛ, причём их ценность зависит только от места ОФЛ в модели А данного СТЛ. Ценность главной ОФЛ ЭГО составляет 4 условные единицы (у.е.), а вспомогательной – 3 у.е. Ценность ОФЛ, образующих СУПЕРИД, составляет 2 у.е. (активационная ОФЛ) и 1 у.е. (дуальная ОФЛ) [3].

Ценности личности лежат в основе её склонностей. Склонность – стремление к определённой деятельности, основанное на глубокой устойчивой потребности в ней (в силу её субъективной ценности) и побуждающее совершенствовать соответствующие умения и навыки [5, с.587]. Действуя в соответствии со своими склонностями, субъект испытывает ПК. Поэтому, чтобы ответить, зачем людям Т, нужно понять их склонности.

Поскольку склонности основаны на ценностях, а те вытекают из СТЛ и потому являются врождёнными, то и субъективная оценка комфортности деятельности зависит прежде всего от СТЛ. Первичные склонности личности (ПСЛ) к соответствующим видам деятельности зависят именно от такой оценки и потому являются врождёнными. Вторичные же склонности (ВСЛ) формируются на основе ПСЛ с учётом конкретных условий, т.е. являются приобретёнными.

Соответственно 8-ми обобщённым аспектам смысловой информации можно выделить 8 ПСЛ к Т[5]: деловитость (ЧЛ), рассудительность (БЛ), энтузиазм (ЧЭ), гуманизм (БЭ), новаторство (ЧИ), социальность (БИ), активность (ЧС) и эстетизм (БС)[6].

На основе деловитости развиваются такие ВСЛ, как стремление руководить людьми, извлекать выгоду из ситуации, создавать и эффективно использовать различную технику и технологии, и т.п. Людей с такими ВСЛ в Т привлекают возможности руководить людьми, обзавестись полезными связями, заработать деньги, опробовать и усовершенствовать какие-то технологии, тактические приёмы, технические устройства, туристское снаряжение и т.п.

На основе рассудительности развиваются такие ВСЛ, как стремление к ясности, истине и справедливости, доверие к людям. Люди с такими ВСЛ видят в Т возможность проверить свои представления о мире.

На основе энтузиазма развиваются такие ВСЛ, как оптимизм, пассионарность, энергичность. Людей с такими ВСЛ в Т привлекает возможность радоваться жизни, вести за собой людей, расходовать избыток жизненных сил, преодолевая как препятствия на маршруте, так и неверие в свои силы.

На основе гуманизма развиваются такие ВСЛ, как доброта, дружба, стремление к единению. Людей с такими ВСЛ в Т привлекают возможности зарождения и развития личных отношений (с местными жителями или с членами туристической группы), коллективного слияния с природой.

На основе новаторства развиваются такие ВСЛ, как стремление к новым знаниям и впечатлениям, к просветительству, прогрессу, а также честолюбие. Людей с такими ВСЛ в Т привлекают возможности увидеть и узнать что-то новое и уникальное, познакомиться с интересными людьми, поделиться об этом со своим окружением, использовать это в своей жизни и тем повысить свой культурный уровень и личный статус.

На основе социальности развиваются такие ВСЛ, как стремление к дисциплине и самопожертвованию, к регламентации и конспирации деятельности, а также осторожность. Люди с такими ВСЛ видят в Т возможность сделать карьеру спортсмена или спортивного руководителя, повысить свой социальный статус вне спорта, а также получить и развить навыки выживания в непривычных условиях («на всякий случай»).

На основе активности развиваются такие ВСЛ, как непоседливость, стремление к победе, бойцовские качества, целеустремлённость, требовательность к окружающим. Людей с такими ВСЛ в Т привлекает возможность самоутвердиться вне привычной обстановки, часто не считаясь с затратами.

На основе эстетизма развиваются такие ВСЛ, как стремление к прекрасному, к гармонии во всём, к уюту, миролюбие, гостеприимство, заботливость о других и экономность, а также инстинкты самосохранения, пищевой и половой. Люди с такими ВСЛ ищут в Т недорогие возможности насладиться красотами мироздания, обрести внешнюю и внутреннюю гармонию, сохранить или поправить своё здоровье, а также окружить людей уютом и заботой. Интересуются национальными кухнями и секс-туризмом, возможностью усыновления (удочерения) детей из-за рубежа.

Важные особенности мотивации к Т позволяет учесть и элементарная соционика. Так, иррациональность субъекта побуждает его к интенсивному общению и постоянному чередованию объектов и рода деятельности. Такие туристы предпочитают большие и пёстрые по составу группы и плотно насыщенные туристическими объектами маршруты, которые, как правило, не должны повторяться. Напротив, представители рациональных СТЛ от такого быстро устают, поэтому предпочитают полюбившиеся им маршруты и более однообразную деятельность на маршруте, а путешествуют в одиночку либо маленькими группами.

Экстраверты стремятся к максимально широкому охвату туристических объектов, но обычно довольствуются поверхностным осмотром. Охотно следуют моде. Интроверты же предпочитают глубокое неспешное изучение небольшого количества объектов и придерживаются собственных взглядов.

Сенсорики видят в Т способ развить свои физические возможности (силу, ловкость, выносливость и т.п.) и больше внимания обращают на внешние признаки туристических объектов, на конкретные цифры и факты. Интуиты же посредством Т стремятся прежде всего обогатить свою память и развить воображение; они интересуются главным образом общей картиной, назначением и взаимосвязями объектов, предположениями и перспективами.

Логиков интересуют устройство и практическая польза туристических объектов, а этиков – связанные с этими объектами человеческие чувства и отношения.

Мотивация Т редко сводится к какому-то одному мотиву. Но все мотивы и их соотношения, в конечном счёте, находят своё объяснение в структуре личности туриста.

Литература:

1. Аугустинавичюте А. Модель информационного метаболизма // Соционика, ментология и психология личности (СМиПЛ). — 1995. — № 1. — С.4-8.
2. Забиров М.В. Соционика элементарная и высшая // СМиПЛ. – 1999, № 2. – С.25-27.
3. Забиров М.В. Последовательность и вероятность срабатывания функций информационного метаболизма // СМиПЛ. – 2008, № 1. – С.33-50.
4. Забиров М.В. Соционическая оценка общих склонностей личности к различным видам правоохранительной деятельности // Психологические технологии в экстремальных видах деятельности : Материалы IV международной научно-практической конференции (г.Донецк, 22-23 мая 2008 года). – Донецк : ДЮИ ЛГУВД им. Э.А.Дидоренко, 2008. – С.148-152.
5. Новейший психологический словарь / Под общ. ред. В.Б.Шапаря. – Изд.2-е. – Ростов н/Д. : Феникс, 2006. – 808 с.
6. Психологический словарь / Под ред. В.В.Давыдова, А.В.Запорожца, Б.Ф.Ломова и др. – М. : Педагогика, 1983. – 448 с.
7. Рейнин Г.Р. Соционика. – СПб. : Образование – Культура, 2005. – 240 с.
8. СМиПЛ: Журнал Международного института соционики (г.Киев).
9. Стратиевская В.И. Как сделать, чтобы мы не расставались. – М.: МСП, 1997. – С.91-98.
10.  (Jung C., 1921) Юнг К.Г. Психологические типы: Пер. с нем. – СПб : Ювента; М. : Прогресс-Универс, 1995. – 716 с.

В процессе производства турпродукта используется труд людей. Туристический бизнес вообще относится к числу наиболее трудоемких. Международная организация труда выделяет 3 основные формы занятости в туризме: сезонная работа; неполный рабочий день; временная работа (проведение выставок, работа в выходные дни). В то же время в период пика туристического сезона нагрузка на имеющихся работников может значительно превышать средний уровень, а также возможна работа в ситуациях, близких к экстремальным, что негативно сказывается на физическом и психическом состоянии людей. Одним из таких негативных последствий является дистресс.

Дистресс (от греч. dys - приставка, означающая расстройство плюс англ. stress - напряжение) - стресс, связанный с выраженными негативными эмоциями и оказывающий вредное влияние на здоровье.

Основными причинами дистресса являются:

• длительная невозможность удовлетворить физиологические потребности (отсутствие сна, воды, воздуха, еды, тепла);
• не подходящие, не привычные условия жизни (изменение концентрации кислорода в воздухе, например, при походе в горы);
• повреждения организма, болезни, травмы, долгая боль;
• длительные негативные эмоции (переживания страха, гнева, ярости).

Чаще всего дистресс вызывается длительными и (или) сильными негативными воздействиями на организм. Но часто причиной дистресса является не плохая жизнь вокруг, а негативное отношение к происходящему.

Естественно, дистресс не идет на пользу здоровью. При нем напряжение становится слишком сильным, возникает торможение или чрезмерная суетливость. Проявляются трудности в управлении вниманием. Оно отвлекается по любым мелочам. Все, что отвлекает, начинает раздражать. Нередко проявляется излишняя фиксация внимания на чем-либо. Человек, решая проблему, застревает на ней, не в состоянии найти выход. В состоянии дистресса ухудшается запоминание. Человек несколько раз читает текст, но запомнить его не в состоянии. Изменяется и речь. При дистрессе возникают различные отклонения в речи. Они выражаются в «проглатывании», заикании, заметном увеличении слов-паразитов, междометий. Качество мышления при дистрессе явно ухудшается. Сохраняются только самые простые мыслительные операции. Мысль вращается как бы в порочном круге, не находя выхода из возникшей проблемы. Сознание сужается, поэтому человек становится нечувствителен к юмору. Не стоит шутить с человеком в таком состоянии. Он шуток не поймет. Ведь чувство юмора предполагает мгновенное переключение с одной точки зрения на другую - необычную - точку зрения.

Дистресс опасен тем, что грозит состоянию здоровья и может привести к тяжелым заболеваниям нервной системы, иммунной системы, дыхательного аппарата, желудочно-кишечного тракта, кровообращения и сердечной деятельности. В легкой форме дистресс может проявляться в виде бессонницы, головной боли, быстрой утомляемости. Еще говорят о «синдроме дистресса», часто предполагая под этим понятием «синдром хронической усталости». Как ни парадоксально, но в абсолютном большинстве случаев это предположение при всей своей ненаучности верное: постоянная, «хроническая» усталость гораздо чаще является синдромом дистресса, чем проявлением собственно СХУ (синдрома хронической усталости) как отдельного заболевания, предположительно имеющего вирусную природу.

Дистресс - это чрезмерное напряжение, понижающее возможности организма адекватно реагировать на требования внешней среды.

В современных зарубежных подходах к исследованию стресса в труде предпринимаются попытки по-новому осмыслить это явление. С.Касл отмечает, что в настоящее время внимание к теме стресса в труде несколько уступает таким проблемам как качество трудовой жизни, безработица, факторы риска и др.

Любая эмоциональная встряска человека является стрессором (источником стресса). При этом устойчивость организма к неблагоприятным внешним воздействиям за счет возникающего напряжения усиливается. Механизмы стресса и призваны обеспечить сопротивляемость организма. Дистресс же возникает, когда эти механизмы недостаточно эффективны или «истощают свой ресурс» при длительном и интенсивном стрессирующем воздействии на человека. Надо стараться не допустить перехода стресса в дистресс. Сам же по себе стресс - это вполне нормальная реакция.

Сама проблема стресса и дистресса остро заявила о себе именно в ХХ столетии. Это было вызвано тем, что в современном мире (и на современном производстве) часто возникают ситуации, когда человек, встречаясь с какой-то сложностью, не может полноценно реализовать накопившуюся энергию (вызванную физиологическим механизмом стресса), и тогда эта энергия начинает разрушать самого человека. В итоге, вместо вполне нормальных стрессовых реакций, человека начинают разрывать на части механизмы дистресса, когда энергия не может реализоваться в каких-то конструктивных действиях. Например, дистресс проявляется тогда, когда работник не может ответить на несправедливые претензии некомпетентного начальника (многие оправдывают себя тем, что проще сохранить обиду в себе, чем возмутиться и создать для себя еще большие проблемы с этим начальником). В другом типичном примере человек не может полноценно реализовать свое стремление к творчеству или стремление к полноценному общению с коллегами в условиях карьерной конкуренции и т.п.

Н.В. Самоукина выделяет основные виды профессионального стресса (дистресса): информационный, эмоциональный и коммуникативный. Выделяются также стрессовые сценарии и различные варианты проявления стресса в труде. При этом многое зависит от индивидуальных особенностей работника.

Основные правила поведения в условиях стресса: наблюдать за самим собой; искать способы «остановки» самого себя («взять перерыв», «сделать паузу в общении»); перевести свою энергию в другую форму деятельности (отвлечься); задуматься над тем, что помогает снять напряжение (Что больше радует? Чем занимаетесь с увлечением?…).

Стресс нередко возникает по причине несовпадения темпов общения. При этом важно либо подстроиться к темпу общения собеседника, либо объяснить ему недопустимость его темпа в общении с вами, либо перейти к компромиссному варианту общения.

Особый интерес представляет профессиональный стресс достижения. Главная проблема здесь — несоответствие уровня ожиданий реальным возможностям (ресурсам) человека.

Также интересен стресс, вызванный страхом сделать ошибку. Страх ошибки часто «блокирует» творческие способности человека. Человек постепенно начинает отказываться от всего нового и рискованного. В итоге постепенно человек начинает вообще «бояться жить».

Достаточно распространенным является профессиональный стресс конкуренции. Часто в окружающих (в коллегах) человек видит своих «конкурентов». Человек, отдающий себя конкурентной гонке, начинает жить «не своей жизнью»: он выбирает работу не по склонности, а в соответствии с престижем, его окружают только «нужные» люди, а на друзей не хватает ни времени, ни сил.

Отдельно выделяется профессиональный стресс успеха. Как ни странно, интенсивный стресс работник может испытывать и тогда, когда достигает крупного успеха. Нередко после крупного достижения наступает состояние «обессмысливания» того, что осуществилось.

Особую тему представляет проблема зарабатывания денег и сопутствующий этому профессиональный стресс. Замечено, что очень часто крупный выигрыш или неожиданное наследство приносят не радость, а еще большие проблемы (вред). Люди, привыкшие к большим деньгам, постепенно привыкают и к тому, что все продается и покупается, но это обычно путь к личностной деградации.

Типология Юнга дает возможность показать разницу обработки информации личностями с определенными наборами информационных доминант из каждой пары: логика-этика, сенсорика-интуиция, экстраверсия – интроверсия, рациональность — иррациональность.

Соционика дает возможность спрогнозировать отношения между двумя личностями при обмене информацией, которые отражает таблица интертипных отношений. При длительном и тесном взаимодействии между людьми, интертипные отношения для которых неблагоприятны (например, конфликтные) — возникает дистресс.

Чрезмерные требования к информации могут появиться просто от разности информационных доминант личностей. В частности, как правило, иррациональность доминирует над рациональностью, логика доминирует над этикой, сенсорика доминирует над интуицией, экстраверсия доминирует над интроверсией. Но возможны и исключения в зависимости от ситуации и ценностей, преобладающих в той или иной группе людей.

Если же люди знают соционические типы друг друга, то они могут сознательно обходить болевые точки и стараться общаться на том уровне, где взаимодействие будет наиболее эффективным либо возможности для разногласий будут минимизированы. Информация должна преподноситься в доступной (по уровню восприятия) форме, тогда она становиться понятной.

Зная информационные доминанты личности, сгенерировавшей возмущающее воздействие с чрезмерными требованиями (даже не умышленно), появляется возможность понять дистрессовую составляющую сообщения и признать эту дистрессовую составляющую иррелевантной.

Управление дистрессом возможно человеком, владеющим соционическим типированием или как минимум теорией соционики. Такая личность становится более стрессоустойчивой с возможностью определения иррелевантности информации по дистрессу и способной к снижению риска появления неуправляемого состояния.

Впервые опубликована: 

Материалы межвузовской научно-практической конференции «Формирование экономического механизма функционирования туризма» 27 апреля 2011 года: Донецкий институт туристического бизнеса / Отв. ред.: к.э.н., доц. И.П. Подмаркова. — Донецк: ЧВУЗ ДИТБ, 2011. — С. 105-109.

          Специалисты – эксперты, из уже  опытных (имеющих за плечами 5-10 и более лет соционической практики, прямой или косвенной), — очень хорошо знают, что точное и обоснованное определение ТИМ на самом деле представляет собой достаточно ресурсоемкое исследование.

         По статистике результатов моего опыта, исследование ТИМ мы можем считать качественным в том случае, если оно может характеризоваться несколькими примененными и известными технологиями, кроме того, осуществлены обратные проверки версий (и так же — по нескольким технологиям), выводы обоснованы, формализованы и подписаны экспертом. Материал об исследовании желательно иметь в виде современного мультимедийного протокола (фотографии на момент исследования, видеофайлы, например, интервью, аудиофайлы), что позволяет сохранить демонстрационно-доказательную базу для других специалистов.

         Кроме того, желательно, чтобы выводы-заключения по исследованию не являлись спорными, если не для всех, то хотя бы для нескольких коллег-экспертов, не связанных служебными отношениями (независимых экспертов).

         В таком случае достаточно серьезное исследование может занимать несколько «очных» сеансов в разные дни, с наблюдением исследуемого в формальной и неформальной среде. Причем речь идет о наблюдениях не только в условиях тестирования или интервью, например, а и по свободным трансакциям с другими, желательно калиброванными носителями ТИМ, что позволяет наблюдать возникающие интертипные отношения.

         О сути последнего замечания желающие могут более подробно прочесть в моей статье «Методика предельного повышения качества серийного соционического исследования для подразделений с критической спецификой задач», уже опубликованной в журнале «Соционика», и в других публикациях.

         «Лирическое отступление» для желающих более основательно определить свой ТИМ:  такое исследование  не для всех является доступным по географии и стоимости. Во всяком случае, если эксперт Вам скажет «приезжайте на недельку к нам в город, и перечислите от 100 eur «за голову», — не удивляйтесь.

         Хорошую технологию типирования можно отрабатывать в рамках клубов. Если постоянные члены соционического клуба достаточно теоретически и практически подготовлены, то можно смело применять технологию, описанную в вышеприведенной статье, или одну из ее модификаций.

         В связи с появившимися у меня современными возможностями видео-конференций в INTERNET, а также с учетом моих возможностей по интеграции ресурсов нескольких клубов разных городов (Херсон, Николаев), — я в настоящее время провожу экспериментальные on-line исследования с применением оговоренных технологий, и по предварительным оценкам, — с достаточно качественным результатом.

         Как, по каким критериям я оцениваю результат? Прежде всего – сходимостью разных изолированных групп экспертов. То есть, достаточно сравнить изолированное отдельное типирование одного и того же человека разными клубами, обоснования, результаты. Если расхождения  статистически незначительны, то это достаточно хороший признак.

         Поскольку в клубах, как при обучении, так и в практике я не провожу жесткую политику приверженности положениям и технологиям какой-то отдельной соционической школы, то, естественно, набор методик, которые применяют члены клубов, имеет широкий спектр. Фактически разные типировщики применяют наработки МИС, методы ШСС, признаки Рейнина, аспектные метафоры (диафоры), при обоснованиях ссылаются на работы Шульмана Г.А., Чурюмова С.И., ранние разработки Гуленко В.В., и других разработчиков. Я считаю это вполне нормальным процессом, конечно, в случае, если эксперт заявленным методом достаточно владеет и способен формально им же и обосновать свой тезис. Для клубов важно, что лучший опыт впечатляет и тиражируется.

         Для практики важно то, что есть возможность исследовать ТИМ носителя любой страны в режиме видео on-line, с привлечением нескольких экспертов с известным ТИМом. В таком случае вопрос доступности по географии и стоимости для желающих протипироваться практически снимается.

         Хотя должен заметить, что с первой публикации моих намерений по on-line коллективным типированиям уже образовалась достаточная очередь желающих, а организация каждого такого коллективного сеанса требует определенной подготовки и, соответственно, – времени.

         Всё же думаю, что на нынешнем этапе максимальное качество типирования может обеспечить только реальное «очное» исследование. Например, Вы не можете в режиме on-line наблюдать типируемого в неформальной обстановке. Есть и еще ряд других нюансов.

         Готов обсудить с коллегами опыт on-line типирования и специфики применяемых при этом методик.

Соционика – новая наука, созданная на стыке информатики и психологии личности, – рассматривает сознание как конгломеративную деятельность индивидов, относящихся к различным типам. При этом нелокализованность сознания в мозге, доказанная некоторыми естествоиспытателями, с такой же правомерностью может быть отнесена к социону – совокупности типов в соционике. То же доказывает и околосмертельный опыт пациентов, переживших состояние клинической смерти. Отношение частей к целому в соционе основано на законе золотого сечения, что еще раз доказывает: соционическая модель так же относится к психике, как к живой и неживой материи.

В последние десятилетия возникло и получило распространение новое научное направление, находящееся на стыке психологии личности и информатики – соционика. В основе ее лежит постулат о существовании 16-ти типов личности, на которые создательница соционики Аушра Аугустинавичуте разбила человеческое сообщество1. Люди делятся на 16 устойчивых неизменяемых типов, имеющих устойчивые психоинформационные характеристики [1]. Совокупность 16-ти типов, охватывающая все возможные сочетания психоинформационных характеристик, названо соционом.

Модель сознания человека

Соционика как научное направление стала логическим продолжением аналитической психологии К.Юнга [2]. На основе четверичной структуры сознания2, иерархии составляющих его психических функций Юнг предложил характеристики особенностей протекания психических процессов и основных моделей поведения людей. Его многолетняя практика привела к выводу: таких моделей 8 и их проявление отвечает законам аналитической психологии. В своей книге [2]  он указал основные причины разделения признаков и описал поведенческие модели 8-ми психологических типов.

В настоящее время соционика [1], иначе называемая  информационным психоанализом, продолжает интриговать своих адептов простотой конструкта и сложностью задач построения оптимального информационного обмена. Интерес ученых к информационному психоанализу вызван возможностью структурирования информации. Общепринятая модель физической картины мира показывает, что все составляющие ее объекты имеют материально-полевую структуру. Этот дуализм зависит от свойств системы, в которой осуществляется наблюдение, и свойств воспринимающего устройства или объекта. Подобно ноуменальному и феноменальному миру3 человек и его сознание оказались ключевым звеном к пониманию структуры информационного потока. В нем внутренний мир человека становится замкнутой микросистемой, а информационный поток – макромиром, в котором существует человек. Итак, есть шумовой либо направленный информационный поток; есть объект, способный воспринимать этот поток и создавать свой в фиксированном  диапазоне информационного спектра; и есть соционика – метод структурирования информационного потока, а также модель информационной структуры сознания человека.

Соционика базируется на 4-х юнговских психических функциях. Они соответствуют свойствам информационного поля, а также  особенностям восприятия и обработки информации человеком. По субъектно-объектной направленности информационного потока удвоим каждую: получим экстравернтные и интровертные функции. По мнению К.Г. Юнга, чем дифференцированнее одна величина, тем архаичнее та, что занимает противоположенный полюс дихотомии. По мнению А. Аугустинавичюте, способ реализации программы наиболее дифференцированной, осознанной функции типа данного индивидуума, определяется другой функцией, ортогонально отличающейся от предыдущей по всем дихотомиям. В итоге количество разработанных К.Г. Юнгом информационных конструктов удваивается. А в структуре социона, отвечающего идеальной картине информационного поля сознания, присутствует комбинация из 16-ти моделей вариантов структуры психики человека.

Чтобы объяснить, насколько человек воспринимает ту или иную информацию, Аушра Аугустинавичуте предложила использовать модель, где каждому информационному каналу отведено свое место и свои возможности в восприятии информации. Впоследствии модель А получила имя создательницы соционики [1]. Социон условно представляет собой четырехмерную матрицу. Её проекции на ортогональные плоскости дают модели всех 16-ти структурных единиц социона, или типов информационного метаболизма (ТИМ). Более подробно и обстоятельно с работой модели можно  ознакомиться в двухтомнике [1].

          Помимо использования для характеристики ведущих свойств сознания двухфункциональной модели и построения полной 8-аспектной модели типа информационного метаболизма, А. Аугустинавичюте принадлежит заслуга создания модели соционного взаимодействия – таблицы интертипных отношений [1].  Для подробного объяснения взаимодействия двух и более 8- аспектных моделей вновь рекомендуем обратиться к ее книге.

          Проблему для научного подхода, на наш взгляд, представляет то, что исследователь-соционик предстаёт перед лицом ученых беспомощным, без инструмента, и это означает, что найти прямой выход научной индустрии в соционику непрост. На сегодняшний день почти очевидно, что единственным измерительным прибором являемся мы сами — те, кто изучает соционику, кто знает её основы и проблемы.

 Человек, живущий среди людей, постоянно чувствует влияние информационного потока, трансформируемого его собратьями по разуму. И чтобы сохранять толерантность, изменяется сам. Его сознание встроено в социум по законам соционики, но в той или иной степени всегда несет индивидуальную окраску, выполняя для сообщества людей свои задачи. Чем больше отклонение от личных задач, тем больше невротизация сознания; при сохранении «лица», но отсутствии общественного запроса, растет дезадаптация человека. Сопутствующие этому негативные эмоции, как внешние, так и внутренние, приводят к негативному накоплению эмоциональной памяти, которая может передаваться следующим поколениями, снижая их жизнеспособность. Вопрос о наследовании типа пока остается открытым, хотя известно, что успешные модели поведения родителей могут копироваться детьми.

Соционика могла бы иметь успех в психотерапии, тем более что своим происхождением она обязана именно ей. Методики проживания эмоциональных состояний существуют давно. Использование психодрамы в работе с глубокими слоями бессознательного помогает людям решить тянущиеся в поколениях семейные проблемы. Один из авторов этой работы сделал попытку соционически структурировать эмоциональные состояния методом отождествления с яркими представителями соционических типов и позитивного проживания их часто встречающихся внутренних противоречий [3].

Соционика представляет собой стройную, многоцелевую, внутренне сгармонизированную систему интеллектуальной кооперации людей. Причем число людей определенных взаимодополняющих типов, кратное 2n, являет собой относительно законченную, уравновешенную кооперацию, возможности которой существенно выше, чем каждого из входящих в нее индивидов. Именно этот аспект соционики (в отличие от других: познания сильных и слабых сторон психики человека, поиска дополняющих партнеров, оптимизации межличностных отношений, трактуемых как межтипные), названный Аушрой  Аугустинавичуте [1] соционным сознанием, видится нам наименее изученным, пока мало применяемым, но наиболее перспективным для развития интеллектуальной кооперации людей. Качественный скачок этого продукта определяется так: один ум – хорошо, а 2 в степени n – лучше.

Нарциссизм «царя природы» необоснован

Чтобы приблизиться к пониманию этого феномена, рассмотрим две достаточно хорошо изученные модели кооперации сознания: диалоговый режим работы левого и правого полушарий мозга и интеллектуальное сосуществование однояйцевых близнецов.

Немало было исследовано пациентов, в силу разных причин оставшихся с единственным работающим полушарием. Нельзя сказать, что при этом интеллектуальная деятельность таких людей совсем прекращалась. Человек продолжал жить и ставить перед собой привычные задачи. Другое дело, что их решение становилось неполным. Так, люди с одним левым работающим полушарием приобретали излишние сухость и рационализм мышления, утрачивали непосредственность восприятия и эмоциональную полноту переживаний. Другие, с одним правым работающим полушарием, испытывали затруднения в решении логических задач, в выработке стратегий поведения, в использовании привычных парадигм при рассуждении на сложные темы. Характерной особенностью отсутствия межполушарного диалога были оптические искажения в восприятии предметов окружающего мира. Так, «левополушарные» пациенты, исследовавшиеся культурологом Ю. Лотманом и нейрофизиологом Н. Николаенко [4], рисовали привычные предметы вытянутыми по вертикали (наподобие тех, что мы видим на полотнах Эль Греко); «правополушарные» невольно округляли видимые предметы или вписывали их в квадрат. И лишь совместная работа двух полушарий позволяет приблизиться к пропорциям золотого сечения, пронизывающим всю живую материю и изначально присущим восприятию человека.

Известно много сообщений о наличии удивительной связи сознания однояйцевых близнецов, проявляющейся в том, что, даже будучи разделенными в пространстве, они продолжают совершать сходные поступки, носить одинаковую одежду, обзаводиться похожими друзьями и партнерами… Близнецы продолжают незримо взаимодействовать, как бы согласовывая между собой поступки, предпочтения и выбор тех или иных приоритетов. Возникает иллюзия (или реальность?) постоянной телепатической связи разделенных близнецов, согласующей большинство аспектов их сознательной и даже бессознательной деятельности.

Нечто подобное наблюдают естествоиспытатели в совместной деятельности больших конгломеративных объединений живых существ – от колонии бактерий до стаи высших животных. При этом если вопрос о наличии сознания у животных, насекомых и растений остается дискуссионным, то сознание объединенных и структурированных сообществ индивидов некоторым исследователям представляется очевидным.

Так, швейцарский антрополог Джереми Нарби [5]  склонен видеть проявления сознания в поведении колоний слизевиков – одноклеточных грибообразных организмов. Несмотря на отсутствие мозга эти студенистые существа способны решать довольно сложные задачи: к примеру, искать и находить выход из лабиринта. Характерно, что слизевик лишен мозга, который традиционно, хотя и без должных доказательств, считается инструментом мышления или сознания.

Профессор биологии японского университета Хоккайдо Т. Накагаки [6]  помещал кусочки слизевика в разных углах лабиринта, а у входа и выхода клал его обычную пищу. Разрозненные кусочки слизевика медленными волнообразными движениями сближались друг с другом, образуя единый клеточный организм, вытянувшийся по самому короткому пути между входом и выходом. Ни один из них не оказался в тупике. Это доказывает, по мысли Накагаки и Нарби, что в клеточной материи заложены свойства функционального разума, причем для реализации сознательного поведения живой материи вовсе не требуется такой сложный орган, как мозг.

Мало кого удивляет способность к мышлению пчел, в процессе обустройства улья и сбора мёда проявляющих все признаки разумного, то есть сознательного поведения. При этом крохотный мозг пчелы содержит всего 170 тысяч нейронов (в отличие от нескольких миллиардов – у человека), продолжительность жизни пчелы – две-три недели, но с самого рождения она имеет полное и достаточное представление об окружающем мире для решения своих задач. Поэтому процесс принятия решений у пчел быстрее, эффективнее и лучше соответствует миру, в котором они живут.

В эксперименте, подтверждающем разумное поведение пчел, над входом в лабиринт размещали символ, таким же символом на развилке внутри лабиринта отмечен коридор, ведущий к «вознаграждению» — сладкому сиропу. Проводившие эксперимент исследователи были ошеломлены быстротой, с какой пчелы установили связь между символом при входе в лабиринт и символом, указывающим путь к «вознаграждению». Они ни разу не заблудились – ни в новых лабиринтах, ни при смене символов, всякий раз выбирая коридор, отмеченный символом, который они видели при входе, и игнорируя коридоры, отмеченные другими символами. Не всякому четырехлетнему ребенку такая задача была бы по силам: большее число задействованных нейронов повысило бы и вероятность ошибки.

Термиты располагают микроскопической нервной системой, что не мешает им создавать огромные и архитектурно совершенные структуры. С точки зрения размеров их нервной системы, это кажется невозможным. Выходит, сложность поведения живых существ никак не связана с размерами и массой головного мозга, а также количеством задействованных нейронов.

По мнению английского биолога Р. Шелдрейка [7], всякой социальной группе, будь то стая волков, рыб или птиц, соответствует определенное формообразующее поле. Когда один из членов группы удаляется, поле расширяется, по-прежнему охватывая и его, благодаря чему группа не теряет с ним контакта, оставаясь «на одной волне». Как объяснить, каким образом крысы, помещенные в аналогичные лабиринты в разных концах света, одновременно находят из него выход сразу после того, как это удалось самой первой? Привычное, хотя и далекое от научной строгости объяснение данного феномена – телепатия. Но не проще ли согласиться с Р. Шелдрейком: информация о решении, найденном самой «сообразительной» из крыс, сразу же оказывается в параллельном пространстве, общем для всех представителей того же вида, столкнувшихся с той же проблемой.

Всё это убеждает, что человеческое представление о монополии на разум «царя природы» – не более чем самонадеянное нарциссическое заблуждение. Цивилизация не измеряется производимыми ею осязаемыми материальными вещами, но существует везде, где возникает групповое сознание, специфическое мироощущение и духовный опыт, передаваемый из поколения в поколение.

А наш головной мозг, якобы несопоставимо развитый по сравнению с мозгом животных, как единственный орган сознания – заблуждение, столь же необоснованное и продиктованное мнимым превосходством человека над всеми остальными представителями биосферы. Напротив, как показывают многие наблюдения над живой природой и научные эксперименты, сознание, распределенное между структурно организованным сообществом индивидов и не привязанное к единому центру принятия решений, – часто встречающаяся в природе реальность.

«Машина по выработке сознания»

Нелокализованность сознания в мозге подтверждается серией врачебных наблюдений. Состояние клинической смерти пациентов, когда функционирование мозга невозможно, что обычно подтверждается показаниями электроэнцефалографа, отнюдь не означает, что сознание отключено. Единичные, но впечатляющие примеры работы сознания у человека, казалось бы, пересекшего черту, отделяющую жизнь его материального тела от небытия, приводятся некоторыми врачами – кардиологами, реаниматологами и анестезиологами.

Один из наиболее ярких и убедительных примеров работы сознания человека, находящегося в состоянии клинической смерти, привел голландский врач-кардиолог П. ван Ломмель [8].

Клинической практикой доказано, что через 15 секунд после остановки сердца самописец вычерчивает на ленте электроэнцефалографа прямую линию – значит, мозг больного не работает. У молодых людей это состояние может продолжаться до 10 минут, у пожилых – до 5, после чего наступает необратимая смерть. Если за этот критический промежуток времени пациент не будет реанимирован, летальный исход неизбежен. Ван Ломмель зарегистрировал случаи, когда человек после «возвращения» рассказывает о том, что он видел, причем его рассказ во многих деталях совпадает с рассказами других пациентов, которых он не знает и, разумеется, не мог вступить с ними в сговор. Получается, сознание человека работало вне зависимости от мозга, который (энцефалограмма доказывает) был «отключен».

Вот наиболее яркий пример из практики ван Ломмеля. Перед началом искусственной вентиляции легких одного из пациентов, чье сердце уже не билось, а энцефалограмма вытянулась в прямую линию, сестра вынула у него изо рта зубной протез и положила в ящик передвижного столика. Придя в себя, пациент обнаружил, что без зубного протеза ему неуютно. И лишь когда в палату вошла сестра, другая, не та, что вынимала протез, он сообщил ей: его положили в передвижной столик и выкатили в коридор. Оказалось, во время клинической смерти он видел сверху свое лежащее тело и всех, находившихся в палате, отчетливо помнит всё, что делали и говорили. Вот и место хранения зубного протеза разглядел и запомнил.

Этот эпизод, как и десятки других, зафиксированных как западными, так и российскими клиницистами, относящихся к так называемому околосмертельному опыту, доказывают независимость мышления, а значит, функционирующего сознания, от работы мозга.

Человечество постоянно сталкивается с увеличением скорости информационного потока. Причем отнюдь не линейного приращения этой скорости. Если процесс ускоренного удаления галактик от предполагаемой точки первичной сингулярности Вселенной стал символом возрастания энтропии, то символ ускорения информационного потока пока не определен. А человеческий мозг при этом не меняется. Более того, остается подобным мозгу наших «нецивилизованных» предков.

Можно предполагать, что у энтропии (хаоса) имеется противоположный полюс дихотомии – информация, или мировой порядок. Композитор и математик М. Марутаев предложил характеризовать меру порядка числами гармонии, «ибо гармония определяет равновесие альтернатив, стабильность и устойчивость живых систем» [9]. Простейшие, заимствованные из различных сфер жизни примеры: пропорцией золотого сечения определяются места формирования почек на стволах деревьев, соотношения радиусов орбит планет Солнечной системы, длины периодов химических элементов в Системе Менделеева, длины соседних ребер… [10].

Обобщив проявления пропорции золотого сечения в живой и неживой природе, музыке и других видах искусства, Марутаев построил теорию качественной симметрии [11]. Частным выводом из нее стало наличие определенных «чисел гармонии», инвариантных в различных интервалах, взятых на числовой оси (аналогичных музыкальным октавам), причем «числа гармонии» составляют 20% от общего количества чисел в интервале. Об этом числе следует сказать особо. Процент «чисел гармонии» означает начальную меру гармонии в полнейшем хаосе, или в симметричной ситуации меру хаоса в максимально выраженной гармонии. Иначе говоря, даже в самом прекрасном, гармоничном произведении искусства, например, в афинском Парфеноне, гармония пропорций не может составлять 100%-ную величину, ее предельно возможный максимум – 80%. Один из авторов данной работы обсчитал соотношения размеров частей Парфенона, взятых из самых авторитетных архитектурных обмеров, и, преобразовав их по формуле из теории качественной симметрии М. Марутаева, получил результат – 76,2%, близкий к предельно возможной гармонической упорядоченности [12].

Возвращаясь к социону как структурно организованному пространству типов информационного метаболизма, взглянем на него как на «реально-виртуальный» объект (реальный, потому что соционика постулирует и доказывает реальность существования 16-ти типов; виртуальный, потому что социон существует как идеальная, структурно четко обрисованная, но практически не осязаемая сущность).

Социон тоже поддается просчету на гармоническую упорядоченность. Если расположить 16 типов так, как это предложил сделать Г. Шульман [13], то они образуют на плоскости симметричную 16-элементную фигуру с различными расстояниями между элементами. Мы соотнесли эти расстояния между собой, трансформировали пропорции по формуле Марутаева и сосчитали гармоническую упорядоченность социона. Она равняется ровно 80%, достигнув теоретически возможного максимума [5].

Социон как предмет искусства, как творение, как «реально-виртуальный» объект природы оказался пределом возможного совершенства, неким гармоническим абсолютом [14].. Его совершенство (а именно совершенство, по мысли Гёте [15], выражается гармонией) превосходит даже эстетические качества таких бесспорных шедевров мирового искусства, как комплекс египетских пирамид в долине Гизе, Парфенон и высотное здание МГУ на Воробьевых горах в Москве (индекс гармонической упорядоченности у всех этих сооружений выше 70% [12]). Иначе говоря, структура, определяющая коллективный разум и не связанная с мозгом как предполагаемым органом мышления, есть предельно эффективный интеллектуальный продукт, обладающий высшим качеством структурной упорядоченности.

Информация, особым образом упорядоченная и распределенная в пространстве, получает новые свойства: саморазвитие, снижение уровня энтропии и неуничтожимость. Их совокупность рискнем назвать сознанием. Получается, что оно изначально связано не с мозгом, а со структурно-пространственным упорядочением  информации. Соционика же – некий механизм оптимизации информационной структуры, благодаря которому сознание выходит  на более высокий уровень. Его «вершина», или оптимальный конечный результат – целостное, соционное мышление. То есть  оптимальная, с точки зрения гармонического абсолюта, кооперирующая деятельность по изменению свойств информационного потока – получению, переработке и передаче информации.

Социон – идеальный способ настройки частей целого. Он так устроен, что взаимодействие его отдельных частей согласовано между собой, и совместными усилиями они выходят на максимальный уровень гармонической упорядоченности – 80%. Сознание – продукт согласованной, единственно возможной деятельности социона. В несовершенном мире социона нет. Есть лишь некая «мера соционности» как степень приближенности конкретного социума к его идеальной общественной модели. (Вот откуда, на наш взгляд, нередкие ошибки в определении типов людей при их тестировании даже весьма опытными социониками: различные люди отличаются разной «мерой соционности», учитывать которую соционики ввиду несформулированности и неизученности этой проблемы пока не умеют.)

В животном мире решить интеллектуальную задачу можно, только имея кооперирующееся сознание – «улей». Такой коллективный разум подобен социону. Его можно рассматривать как «машину по выработке сознания». Человек, вырванный из поля сознания, перестает быть человеком. Часть, оторванная от целого, теряет функции сознания. Возрастает энтропия. Уменьшаются возможности взаимодействия с информацией или заменяются чем-то еще. Например, другим коллективным разумом. Таких людей называют «маугли». Но, не в пример Киплинговскому «Маугли», они вряд ли могут быть приручены и обучены для полноценной жизни в пространстве человеческого социона.

Однако энтропия возрастает не всегда. Возможно, она будет уменьшаться вследствие направленных интеллектуальных усилий. Не исключено, что функция живой материи как раз и состоит в том, чтобы снижать энтропию Вселенной.

Несколько лет назад исследователи космоса получили снимки Земли с удаляющегося «Вояджера». На них видно, что издалека наша планета выглядит безжизненной. Но и на других планетах мы наблюдаем ту же безжизненность. По представлениям сегодняшней науки, на них нет белково-углеродной жизни. Но разве исключена возможность иной формы жизни? Способно ли существовать биологическое (живое, жизнеобразующее) поле без наличия материальной основы жизни – белка и углерода? И нельзя ли говорить о дуальной форме существования материи: живой и неживой?

Основываясь на некоторых исследованиях ученых [16], можно утверждать, что причина появления физической основы жизни – информация как полевое образование, или сознание живого объекта. Именно сознание включает механизмы роста и развития, а затем старения и разрушения. Индивидуальная форма жизни через свое полевое дополнение – индивидуальное сознание – взаимодействует с общим сознанием данного вида. Эта накапливающаяся информация и есть результат жизнедеятельности живой материи. Вот почему можно предполагать, что назначение живой материи – уменьшать энтропию Вселенной. Многие современные парадоксы в физике, биологии и других науках не могут быть объяснены исключительно с материалистической точки зрения.  Четырех известных взаимодействий для этой цели не хватает.

Информационная связь, подобная связи между близнецами, структурирует поведение живой природы. Информация, предаваемая всем элементам «компьютера коллективного разума», способна уменьшать энергетические затраты на жизнедеятельность каждой части такого объекта. Но происходит это в том случае, когда информационный обмен осуществляется по законам гармонии.  Среди таких объектов оказывается социон, способный снижать энтропию.

Сложность реализации этого феномена состоит в том, что информационный социон подобен физическому вакууму, который невозможно создать искусственно – он, обладая бесконечным запасом энергии, ненаблюдаем. Социон тоже невозможно создать искусственно, он обладает абсолютными информационными возможностями и самодостаточен, вследствие чего также ненаблюдаем.

Соционика, позволяющая поэлементно изучать принципы информационного обмена, подобна теории музыки, изучающей правильные звучания партитур. 16 «нот» в различных комбинациях созидают гармонию, резонансное взаимодействие.

Социон – наша интуитивно найденная и еще не вполне осознанная оптимальная коммуникация, построенная по закону золотого сечения. К примеру, ящерица отбрасывает хвост – часть своего тела, пропорционально подчиненную закону золотому сечению. Три фаланги каждого пальца соразмерны в пропорциях золотого сечения. Компьютеры, процессоры которых сконструированы так, что соотношения элементов в них по значению совпадает с числом золотого сечения являются принципиально новыми [17]. Это новое поколение систем коммуникативных связей, в основе которых лежит иррациональное число.

А психика? По естественной аналогии единообразия устройства живой материи, психические функции тоже должны быть соразмерны золотому сечению. Тогда мы получаем новое назначение соционики.

Сознание – «вспыхивающий механизм», принципиально квантовая система. Медитация (расширение сознания) возможна как комбинированный процесс поиска частот для выявления резонанса, гармоничных пропорций работы элементов сознания. Социон – самомедитирующая система, вырабатывающая качественный информационный поток и выводящая его на оптимальный уровень.

Кристаллы – пример отсутствия четкой границы между живой и неживой материей. Кристаллы воды – пограничное состояние между живой и неживой материей. Сегодня известно, что вода обладает кристаллической памятью. Ячейки памяти воды строятся по тем же законам золотого сечения. Простейшие органические формирования, содержащие углерод, – тоже кристаллы, тоже имеют память, тоже строятся по законам золотого сечения.  И уже из этих структур формируется живая материя.

Нет доказательств того, как косная материя породила сознание. Сознание – функция оптимальной, гармонической структуры, свойство исключительно живой материи, и проявляется оно в максимальной гармонии.

Понять это помогает соционика.

ЛИТЕРАТУРА

1. Аугустинавичюте А. Соционика: Введение. Москва — С.-Петербург (1998).
2. Юнг К.Г. Психологические типы.- С.-Петербург – Москва, 1995.
3. Меньшова Т. Театр соционики. — М.: Росинтал, 2009.
4. Лотман Ю., Николаенко Н. «Золотое сечение» и проблема внутримозгового диалога //  Декор. Искус. СССР. — 1983. — № 9. — С. 31–34.
5. J. Narby. “Intelligence in Nature”, Penguin, 1–2, pp. 149–150 (2006).
6. A. Tero, S. Takagi, T. Nakagaki and others. «Rules for biologically inspired adaptive network design», Science, 327 (5964), 439-442 (2010).
7. Шелдрейк Р. Новая наука о жизни. — М.: Рипол Классик, 2005.
8. P. van Lommel, R. van Wees, V. Meyers et al., “Near-death experience in survivors of cardiac arrest: a prospective study in the Netherlands”, Lancet, 358, 2039-2045 (2001).
9. Марутаев М.А. О гармонии как закономерности // Принцип симметрии. — М.: Наука, 1978. — С. 363-395.
10. Марутаев М.А. О гармонии мира //  Вопросы философии. — 1994. — №6. — С. 71-81.
11. Марутаев М.А. Гармония мироздания // Созн. и физ. реал. — 1997. -№ 2 (4). — С. 35-52.
12. Кашницкий С. Божественной гармонии секрет // Архитектура. — 1987. —  №23-24.
13. Шульман Г.А.  О некоторых закономерностях  типологии К. Г. Юнга //  Социон., ментол. и психол. личности. — 1995. —  №1.
14. Кашницкий С.Е.  Социон как гармонический абсолют //  Психол. и социон. межлич. отношений. — 2005. —  №9.
15. Гете И. Избранные сочинения по естествознанию, Москва (1957).
16. Казначеев В.П., Шурин С.П., Михайлова Л.П. Открытие № 122. Дистантные межклеточные взаимодействия в системе двух тканевых культур // Офиц. бюл. по делам изобр. и откр. при Совмине СССР, № 19 (1973).
17. Стахов А.П. Компьютеры Фибоначчи и новая теория кодирования: история, теория, перспективы, Академия тринитаризма, Москва (2006).

Поступила 08.08.2011

Впервые опубликована в журнале «Сознание и физическая реальность», 2011. —  № 12.- С. 22-29

____________________________________

Кашницкий С.Е., инженер-механик, искусствовед, журналист, корр. еженедельника «Аргументы и факты», Москва

Меньшова Т.И., препод. физики и астрономии, психолог, консультант кадровых агентств и журналов, Москва

___________________________________________________________

1   В своей работе [2] К.Г. Юнг предложил учитывать не только  базовую, но и следующую за ней, дихотомически ортогональную психическую функцию. Таким образом сообщество индивидуумов разделилось бы не на 8, подробно описанных Юнгом, а на 16 типов. А. Аугустинавичюте положила это  утверждение в основу соционики, сделав его основным постулатом.

2   Троичная структура психики по З. Фрейду: осознанное поведение (эго), инстинктивное поведение (ид) и управляющая их соотношением совесть (суперэго); либидо – психическая энергия, определяла баланс между созиданием и разрушением в устремлениях человека. К.Г. Юнг добавил к имеющейся структуре еще одно управляющее звено — коллективное бессознательное (суперид).

3  Ноуменальное (греч.-познаваемое разумом): то, что может быть постигнуто только разумом. Кант в ««Критике чистого разума» противопоставил ноумены – вещи в себе, т.е. существующие независимо от какого бы то ни было отношения к нашему уму (в их числе фигурируют понятия «чистого духа», «абсолютной реальности», «Бога»), феноменам. Только феномены могут служить объектами познания, тогда как ноумены остаются предметом веры («постулатами практического разума»). Чаще используют прилагательное «ноуменальный», когда говорят о свойстве или реальности, выходящих за рамки нашего понимания; противоположно феноменальному.

Грусть и тревога – двумя этими не очень радостными словами можно, на мой субъективный взгляд, выразить ощущения, связанные с настоящим и будущим молодой и, всё ещё кажется, перспективной науки – соционики. Точнее, её настоящее вызывает грусть, а будущее – тревогу.

Привычно употребив по отношению к соционике слово «наука», я несколько погрешил против истины. По многим признакам она, несомненно, может считаться наукой: соционика – одна из сфер познавательной деятельности, она аккумулирует и системно обобщает сведения о природе, социуме и мышлении, разработала свой математически четкий исследовательский аппарат, обзавелась информационно-исследовательской инфраструктурой – имеются коллегиальные сообщества, учебники, научные журналы и сайты, проводятся конференции, даже защищаются диссертации…

В то же время, назвать соционику наукой – значит, в известной мере выдать желаемое за действительное. Теоретики соционики так и не сформулировали приемлемой аксиоматики, основополагающие определения расплывчаты и спорны, информационная основа соционики базируется не столько на научных концепциях, сколько на гипотезах, проверка которых вряд ли возможна в обозримое время.

Соционическая практика, накопившая за четверть века обширный статистический материал, скорее может быть охарактеризована не как научная практика, но как спорадическое накопление артефактов. «Ручная» составляющая в практической деятельности социоников столь значительна, что не позволяет всерьез говорить о сколько-нибудь достоверной повторяемости, то есть научности. Соционика проявляет себя гораздо убедительней в качестве фольклорно-познавательного движения, нежели в качестве науки.

Новая дисциплина взяла на себя амбициозную решимость структурно описать информационно-психическое устройство человека и сообществ людей. Но означенное провисание соционики между наукой и искусством затянулось и продолжается те самые четверть века – период, когда соционика, выйдя за пределы небольших литовских салонов, стала предметом массового интереса в крупнейших мегаполисах СССР-СНГ. За эти годы новая дисциплина, возможно, побила все рекорды традиционных наук по количеству выданных на-гора гипотез. Но её беда в том, что гипотезы остаются самоцелью, нарциссическим стимулом графоманствующих авторов. Все меньше остается надежды, что даже наиболее интересные из этих гипотез когда-либо будут проверены и получат шанс превратиться в теории.

Соционика изначально стала развиваться как междисциплинарная отрасль познания, втянув в свой водоворот математиков и психологов, кибернетиков и литераторов, физиков и музыкантов… Редкий по широте охвата информационный обмен новоиспеченных коллег способствовал быстрому разбеганию соционических понятий вширь, но никак не вглубь. Узкий и недостаточно четко разработанный словарь понятий затрудняет плодотворное общение даже между социониками, не говоря уже о взаимопонимании с психологами и другими гуманитариями, а привнесение понятий из смежных дисциплин практически не оставляет надежд на выработку собственного научного метаязыка.

Из этой объективной трудности вытекает и другая, не менее существенная: определение соционического типа проводится по-дилетантски, при отсутствии общепринятых критериев. Многолетние коллективные попытки социоников создать универсальный тестовый инструментарий типирования не привели к успеху, более того, убедили: отрицательный результат этих попыток есть единственно возможный результат.

Относительным достижением совместных исследований социоников можно считать вывод, который сегодня мало кто оспаривает: социотип – категория исключительно метафизического толка, совершенно лишенная какой-либо материальной основы. Стремления связать его с группой крови, категориями темперамента, признаками, заимствованными из генетики, астрологии, биоэнергоинформатики, не увенчались успехом.

Астрология, с которой чаще всего сопоставляют соционику люди, мало с ней знакомые, тоже оказалась неприемлемым аналогом. В отличие от соционики, в астрологическом исследовании человека первый шаг представляет намного меньше затруднений. В идеале, должно существовать взаимно однозначное соответствие между временем и местом рождения человека и его гороскопом (правда, как поясняют знатоки астрологии, в ней имеются свои проблемы: установления точного времени рождения, уточнения асцендента в гороскопе и т. п.). Но основные трудности в астрологии начинаются со второго шага – когда приходится интерпретировать гороскоп.

Соционика буксует гораздо раньше: социотип, отправная точка всех дальнейших исследований личности, во многих случаях настолько расплывчат, что дальнейшие шаги теряют смысл.

К чести социоников, они всегда осознавали эту проблему и пытались работать, живя с ней как с неизбежностью. Напоминая тем самым бегуна-астматика, который, несмотря на тяжелую одышку, не собирается сходить с дистанции.

В 1999 году соционическая общественность отважилась на так называемый Днепропетровский эксперимент: большая группа практикующих социоников параллельно определяла социотипы «подопытных» людей, затем анализировалась сходимость результатов. Как и ожидалось всеми здравомыслящими людьми, вывод оказался неутешительным: 31% сходимости практически неотличим от полного хаоса, как если бы мнение о типах подопытных спрашивали у пассажиров трамвая. Правда, некоторые неубиваемые оптимисты ссылались на низкую квалификацию участников эксперимента (а где, интересно, взять высокую квалификацию при отсутствии единых критериев оценки?), на нелучшую методику проведения эксперимента, на «помехи в  эфире» при проведении столь массового мероприятия. Однако подсластить пилюлю не удалось: сколько на зеркало ни пеняй, коллективный автопортрет соционики был нарисован. И благообразием он, увы, не отличался.  Прошедшие со времени проведения эксперимента 12 лет – достаточно большой срок, чтобы заключить: новых попыток навести порядок в соционическом доме как будто не предвидится.

Однако, если предоставить событиям идти своим чередом, соционика останется в истории познания одним из милых псевдонаучных заблуждений – чем-то вроде теории теплорода, о чем будет сообщаться в сносках для самых любознательных историков науки. Если же допустить, что откровения К. Г. Юнга и А. Аугустинавичюте все-таки имели несколько больший смысл, чем сиюминутная забава мыслящих эрудитов, наследие этих выдающихся людей огорчительно оставлять в тенетах понятийной неразберихи.

Что же в таком случае делать всем нам, оставшимся у разбитого корыта информационного психоанализа? Поздно тешить себя иллюзиями, что выведет из тупика новый тест или очередной блок описаний подтипов, или неизмеряемая «размерность соционических функций», или припудренный хаос так называемых признаков Рейнина… Полагаю, каждый опытный соционик, не один год работающий, сам себе не соврет и признает: ни завтра, ни послезавтра не свалятся с небес строгие критерии определения социотипа, и даже если наш несложившийся научный язык до Киева доведет, откровения на очередной конференции ждать не стоит.

Если всё же сравнить соционику с аналогичной областью деятельности, слегка не дотягивающей до научной, вместо непригодной для аналогии астрологии я бы предложил радиэстезию, или, в более разговорном варианте, биолокацию. Человек с вертящейся рамкой в руке, если только он не шарлатан, способен уверенно отыскивать скрытые от глаз предметы. При этом никаких объективных, приборных измерений, дублирующих деятельность оператора биолокации, быть не может. Иначе говоря, прибором является сам человек, находящийся в особом состоянии ментального напряжения, связанного с биолокационным поиском. И проверить этого человека может только другой такой же человек.

Вот, на мой взгляд, в чем кроется суть разгадки обсуждаемой проблемы. Мы никогда не дождемся изобретения «социометра». Соционика способен проверить только соционик. И если грамотно, с учетом накопленного опыта в других похожих сферах деятельности начать развивать контрольно-критериальную деятельность, постепенно мы научимся доказательно отделять зерна от плевел.

Как в радиэстезии при отсутствии приборного арсенала отличают специалиста от шарлатана? Очень просто. Мне доводилось присутствовать на занятиях операторов биолокации. Курсанты, прошедшие начальный курс обучения, сдавали промежуточный экзамен. Он заключался в том, что человек с рамкой в руке подходил к пяти одинаковым жестяным банкам из-под растворимого кофе, зная, что в одну из них заранее положена пуговица. У экзаменуемого есть десять попыток. Если в девяти из них он нашел пуговицу, получает заслуженную пятерку. Восемь попаданий – четверка… Шесть попаданий из десяти – увы, неуд и невозможность продолжать обучение. Как легко сосчитать, «дуриком», на одном лишь везении этот экзамен не пройти. Однако примерно 90% курсантов его успешно сдают. Потому что учителя не морочат им голову, а учат объективному ремеслу – пусть и не имеющему пока достаточного теоретического обоснования, но многократно подтвержденному на практике. Операторы биолокации, отыскивающие воду в пустынях, залежи нефти, алмазов, проходящие по пути сбежавших преступников, диагностирующие микроскопические опухоли, впоследствии подтверждаемые на томографе, трещины, скрытые в бетонной толще плотин гидроэлектростанций, – повседневная реальность практической радиэстезии, «золушки» среди чванливых академических наук. А огромные гонорары, получаемые операторами, – лучшие доказательства их ремесленной состоятельности.

Так почему соционики неспособны в своем профессиональном сообществе организовать столь же убедительную систему верификации практических знаний?

Определение социотипа сродни постановке медицинского диагноза, который, строго говоря, почти всегда может быть поставлен коллегой под сомнение. Но принципиальная нестрогость медицинского тестирования со времен Асклепия не упразднила саму медицину. Испокон веку существуют консилиумы, на которых коллеги «сверяют часы». В более спорных случаях прибегают в опыту доказательной медицины – подхода к медицинской практике, при котором решения о применении профилактических, диагностических и лечебных мероприятий принимаются, исходя из имеющихся доказательств их эффективности и безопасности, а такие доказательства подвергаются поиску, сравнению, обобщению и широкому распространению для использования в интересах больных.

Когда нет возможности убедиться в истинности спорного явления путем прямого объективного тестирования, прибегают к так называемому слепому методу. Это процедура изучения реакции людей на какое-либо воздействие, заключающаяся в том, что испытуемые не посвящаются в важные детали проводимого исследования. Метод применяется для исключения субъективных факторов, которые могут повлиять на результат эксперимента. Определение социотипа, что легко заметить, как нельзя лучше подпадает под «юрисдикцию» слепого метода.

Но и это еще не всё. Более убедителен двойной слепой метод. Он  заключается в том, что не только испытуемые, но и сами экспериментаторы остаются в неведении о важных деталях эксперимента вплоть до его окончания. Двойной слепой метод исключает неосознанное влияние экспериментатора на испытуемого, а также субъективизм при оценке экспериментатором результатов эксперимента. Знаменитый «эффект плацебо» — назначения ложной таблетки и излечивания путём внушения – здесь не проходит. Поскольку в случае определения социотипа принципиально важно держать в неведении о происходящем как типировщика, так и типируемого, именно двойной слепой метод окажется для верификации самым надежным.

Как это может выглядеть на практике? Начать, на мой взгляд, лучше с двух-трех социоников, изначально предполагающих, что они кое-чему научились. Пусть они проверят собственную сходимость при социотипировании, пригласив – отнюдь не для этой, а для какой-то иной, ложно обозначенной цели несколько людей, желательно, еще не слышавших о соционике. Так будет реализован слепой метод. Если сходимость результатов у этих двух-трех социоников превысит 90% — и только в этом случае! – можно будет заключить, что появилось первичное коллегиальное ядро, способное к развитию.

Дальше принципиально важный вопрос, на который у меня пока нет ответа: как от слепого метода перейти к двойному слепому? Ну, испытуемые – ладно, их можно приглашать, не посвящая в суть происходящего. Но побуждать соционика к установлению социотипа человека, не говоря ему об этом, – полный абсурд! Возможно, двойной слепой метод реализуется в результате каких-то косвенных наблюдений за типирующим, но для этого необходимо создать специальные условия.

Когда коллег-социоников, преодолевших 90%-ный барьер сходимости (разумеется, результаты должны быть запротоколированы), станет больше – пять, восемь, десять человек, можно говорить об оформлении соционического коллегиума, профессионализм членов которого подтвержден двойным слепым методом. И только такой коллегиум будет вправе ставить вопрос об аттестации других социоников, о присвоении степеней и званий – вначале скромных: бакалавра, магистра, и лишь после достижения несомненных практических результатов в социоанализе коллективов, может быть, докторских. Научные степени, как в традиционных науках, будут, таким образом, свидетельствовать скорее о профессиональном и научном уровне, чем о пробивных способностях и внутрикорпоративной лояльности. Постепенность и строгая мотивированность каждого такого шага внушит уважение коллег – психологов, специалистов по управлению – к новому соционическому сообществу, готовому брать вершины не нахрапом, а с респектабельной неторопливостью. И тогда новый эксперимент, аналогичный Днепропетровскому 1999 года, но более корректный и тщательно подготовленный, возможно, не приведет к столь сокрушительному фиаско. Это и будет означать, что соционика, расстегнув памперсы, влезла в ползунки – первую достойную мыслящего существа одежду.

Савелий Кашницкий

Сапегин Алексей Борисович, г. Екатеринбург, соционический тип ИЭЭ (Гексли).

По первому образованию радиоинженер (РтФ УПИ, г. Свердловск, 1987), по второму –психолог (ИППК УрГУ, г. Екатеринбург, 2007).

Соционикой занимается с 2003 года. Автор опросника для определения соционических типов по признакам Рейнина, составленного  на основе теоретических исследований психологического наполнения признаков. После обнаружения сходимости результатов типирования по опроснику и визуального определения социотипов по методу Анатолия Гречинского (ВЦС, г. Киев), пришел к выводу, что визуальное типирование обладает значительно большей достоверностью (валидностью и надежностью), и в дальнейшем уделил основное внимание этому методу.

В 2006–2010 годах прошел в ВЦС обучение визуальному определению соционического типа и многочисленные практические занятия по типированию.

Деятельность в соционике: определение социотипа, психологическое консультирование с учетом социотипа, обучение теории соционики.

Направления в соционике: классическое (от Юнга к Аугустинавичюте, признаки Рейнина), формы мышления.

1. Расскажите, как Вы узнали о соционике, при каких обстоятельствах? Чем она Вас привлекла? Столкнулись ли Вы с какими-либо трудностями при ее изучении?

В какой-то момент я всерьез задумался о психологической совместимости людей. В отношениях с окружающими, и когда все ладилось, и когда не очень, мне многое было понятно, вплоть до мотивов. Но это и оказалось движущей силой: все понятно, но четко сформулировать, если возникала необходимость, не удавалось. Причем, не только для себя. Иногда за житейскими советами с проблемами в отношениях ко мне обращались и друзья, и просто коллеги по работе. Выходит, несмотря на имевшийся у меня большой стаж технической работы, социотип ИЭЭ, который и был у меня позднее определен, брал свое. В конце концов меня заинтересовало, сформулированы ли в психологии какие-либо законы психологической совместимости. Это был не просто мимолетный модный интерес к психологии, а интерес исследовательский. Вот так и вышел на соционику. Получается, целенаправленно. Было это в начале 2003 года.

Чем привлекла соционика? Дала мне все, зачем ее искал. Подтвердила и объяснила накопившиеся у меня на тот момент наблюдения за людьми и отношениями, и научила, как можно продолжать наблюдать системно и целенаправленно.

Трудностей при изучении не заметил. Если вопрос об изучении, а не о применении.

2. Кого из социоников Вы считаете своими учителями? Чьи книги и труды изучили в первую очередь?

В части теории учился в основном по книгам и статьям Аушры Аугустинавичюте, Карла Юнга, а также по некоторым работам Виктора Гуленко и Григория Рейнина. Много полезного нашел в работах Игоря Калинаускаса, переводя их на язык соционики.

Практический же опыт в психологии можно перенять только очно. Тем более в соционике и тем более в определении социотипов. У каждого человека имеется свой жизненный опыт, заключающийся, в частности, в сложившейся у него «внутренней классификации» людей по личным отношениям симпатии и антипатии – по обыденным понятиям – и по характерам, и по внешности. Отстроиться от этой классификации в пользу объективного определения социотипов, хоть зачитайся умных книжек, будь хоть семи пядей во лбу, – без опытного супервизора практически невозможно. И таким супервизором не может быть человек, сам в свою очередь учившийся типировать теоретически. В игнорировании этого правила мне, кстати, и видится основная причина столь неприличной разноголосицы в типировании. Этакая субъективная, но встречающаяся в большинстве случаев, причина. Похоже, она совсем не очевидна многим техническим специалистам, пришедшим в соционику. Как, впрочем, и психологам, которые, приходя в соционику и приступая к диагностике социотипов, почему-то мгновенно забывают о супервизии. Должно быть, считают, что столь значительная по сравнению с психологией структурированность соционики дает им гарантию от ошибок, и рассчитывают на соционике отдохнуть.

Определению соционических типов (визуальному) я обучался и до сих пор практикуюсь – у Анатолия Гречинского – ученика Аушры Аугустинавичюте, уделившего в свое время максимальное внимание именно практическому ее опыту. Неоднократно я ездил на обучение и практики в Киев, был и Анатолий в Екатеринбурге по моему приглашению.

3. Какие теории Вы считаете основополагающими для соционики?

Все, обычно упоминаемые в связи с созданием соционики, повторяться не буду. Плюс обнаружил в «индивидуальной психологии» Альфреда Адлера чуть ли не программу будущего создания соционики. Имеется в виду не модель психики, а основные принципы, повышенное внимание к важности социальной составляющей жизни человека. Например, представления Адлера о негативном влиянии на психику человека таких факторов, как эмоциональное отвержение и дисгармония между личностью и обществом, родственны представлениям соционики об интертипных отношениях и социальной роли социотипа. Имеются у Адлера и типологические исследования. Несмотря на то, что в связи с созданием соционики, ссылки на Адлера обычно не приводятся, приоритет некоторых его социальных идей, да и причастность к взглядам Фрейда и Юнга, – нельзя отрицать.

4. Отличаются ли Ваши взгляды на соционику от тех, что принято считать «традиционными»? Если да, то чем?

Из-за сравнительной молодости соционики не совсем ясно, что в ней считать традиционным. Если взгляды Аушры – нет, мои не отличаются, не буквально копируют, но в основе не отличаются. Если же традиционным считать наиболее распространенное сегодня, то у меня, пожалуй, отличается понимание, что такое социотип.

Хотя вряд ли можно сказать, что сейчас существует какое-то наиболее распространенное понимание социотипа. Похоже, у каждого оно свое. Но, судя по тому, каким образом диагностируют социотип, в основном под ним понимается некий набор типичных психологических признаков, соответствующих главному психологическому признаку – типу информационного метаболизма, который принято отождествлять с социотипом, а еще и называть типом личности. И это несмотря на то, что личность состоит из приобретенных качеств, а социотип уже большинство социоников признали врожденным.

Все больше наблюдений свидетельствуют в пользу того, что ТИМ – лишь верхушка айсберга. Он лишь указывает на социотип наряду с другими типичными признаками: антропометрическими, физиологическими, генетическими. То есть социотип является не столько психологическим феноменом, сколько биологическим фактом. И впервые он будет объективно (приборно) идентифицирован, скорее всего, не в области психологии.

Складывается также впечатление (хотя я не заглядывал в головы белых логиков, особенно программных), что многие воспринимают социотип как модель. Понятие модели переносят с модели психики на социотип. Отсюда и отношение к нему соответствующее – моделей может быть много, поэтому не так уж принципиально, какой социотип мы назовем у человека. Главное, чтобы что-то объяснялось. Но если модель психики – модель, и социотип – модель, что же в таком случае они моделируют? Так вот социотип – это реальность, которую и описывает модель психики. Единственная у каждого человека реальность, и называть ее допустимо названием единственного социотипа.

Что касается личности, социотип является лишь основой для ее построения. Связь социотипа с типом личности имеется, но между ними нет прямого соответствия. И это не противоречит тому факту, что соционика выросла из типологии Юнга, которая является типологией все-таки личности. Но выросла. И это не покушение на модель А. Модель остается прежней. Со временем к ней лишь добавятся другие модели, описывающие непсихологические признаки социотипа.

С Аушрой в этом смысле расхождение только в том, что она употребляла слово психотип. Что она под ним подразумевала в разрезе вышесказанного, можно лишь предполагать. Но писала она психотипах, характеризующихся ТИМом, и определяла их по внешности, и не только по мимике, стало быть, рассматривала не только психологические их признаки.

5. Какие ТИМы, на Ваш взгляд, преобладают в современном обществе? Зависит ли соотношение ТИМов от национальных, территориальных, социокультурных и других факторов?

С Вашего позволения, я бы предпочел все-таки говорить о социотипе, а не о ТИМе.

Наверное, понятно, что полномасштабные статистические исследования этого вопроса пока никем не проводились. Видимо, это вопрос о моем личном мнении.

По моим наблюдениям, навскидку, по регионам и национальностям количество разных социотипов может отличаться в разы. В среднем одна шестнадцатая часть населения (чуть больше шести процентов) одного социотипа обоих полов, но каких-то может быть в два раза меньше, а каких-то – раза в два больше (цифры только для примера).

Но точно нет подавляющего количества каких-либо социотипов. Акцентирую на этом внимание, потому что мне доводилось встречать в среде профессиональных психологов мнение, что в обществе явно преобладают несколько социотипов. Остальных даже сложно отыскать, поэтому исследования в соционике крайне затруднительны, и жизни не хватит, чтобы их провести, и так далее. Конечно же, это мнение ошибочно и невесть на чем основано. Вероятно, в таких случаях подразумеваются не социотипы, а некие «социально приветствуемые» типы личности.

В отдельных же фирмах, и даже в отраслях, преобладание по количеству каких-либо социотипов может быть значительным. Но это объясняется просто. Кадровый отбор и без явного применения соционики чем-то сродни типированию. Подходящих и отбирают.

6. Каково Ваше отношение к существующим теориям о подтипах одного и того же соционического ТИМ? В чем заключается Ваш подход к подтипам?

Теории подтипов (а скорее, классификационные фантазии любителей умножать на два) считаю редукцией соционики к привычным для кого-то психологическим рассуждениям. Они только увеличивают энтропию соционики, и без того сегодня стремящуюся к бесконечности.

Мой подход к подтипам заключается в том, что я не склонен называть соционическими подтипами то, что объясняется индивидуальными различиями, пусть даже по-своему типичными. Если кто-то желает заострить внимание на типичности таких различий – это предмет какой-либо другой типологии, но не соционики. И такая типология не может находиться внутри соционической типологии, они могут лишь внешне пересекаться. Этот вывод непосредственно следует из невозможности пристыковать подтипы к модели А.

7. В чем заключается особенность Вашей методики определения ТИМ (типирования)? Чьи результаты типирования Вы считаете наиболее высокими?

Особенность используемого мной метода визуального определения социотипа состоит в том, что его результаты сходятся с результатами типирования по опроснику на признаки Рейнина. То есть сходятся практический метод и теоретический, основанный на анализе сечений модели А, который я разрабатывал еще до того как прошел обучение визуальному типированию. Это дает повод для небезосновательных подозрений обоих методов в объективности. Но визуальное типирование несомненно точнее.

О том, у кого наиболее высокие результаты типирования, – это вопрос, не являюсь ли я куликом, как и все восхваляющим свое болото? Являюсь.

Но таковыми, как и гласит пословица, являются все, поэтому интереснее другое. Уже в сам момент создания соционики социотипы (психотипы) определялись точно. Аушра это умела. Ошибалась иногда, но это были именно ошибки, а не неумение типировать. Утрачен ее опыт был теми, кто в стремлении к быстрому самоутверждению не только торопились типировать, не умея этого, и не интересовались достаточно подробно, как она это делала, но еще и присаживались на такого горбатенького конька самоутверждения как критика типирования Аушры. И до сих пор находятся хранители этих традиций, все еще продолжающие отыскивать якобы ошибки в определении «главных» знаменитостей, ставших псевдонимами социотипов. Но там у Аушры точно нет ошибок, а такой способ самоутверждения, к огорчению некоторых, устарел еще в прошлом веке.

Откуда бы взяться соционике, если бы Аушра не умела типировать. Как бы в ответ на это слышны такие мнения, что соционика является чисто теоретическим построением, а то и непроверенной гипотезой. Да нет, соционика – это описательная наука, порожденная практикой, и списана она с реальных людей с правильно определенными их типами. Так что, сомнениям необходимо подвергать не «гипотезу соционики», а умение типировать у тех, у кого соционика сейчас не срастается, кто пытается даже принизить роль дуальности или вовсе считает ее мифом, потому что не наблюдает ее ярко.

8. Как бы Вы оценили положение дел в соционике в настоящее время? Какие школы и исследования каких авторов, на Ваш взгляд, имеют наибольшее значение для развития соционики?

Соционика сейчас замерла в ожидании объективного способа идентификации социотипа. Вы спрашивали о положении дел – так вот оно именно замерло. Все эти с виду шумные разногласия между социониками, споры вокруг того, у кого какие социотипы, – это мелочи. По большому счету соционика тихо стоит в тупике в ожидании лучшего будущего.

По второму вопросу. С момента предложения модели А, в соционике произошло единственное существенное и важное событие – обоснованное применение к ее типологии математического аппарата разложения на ортогональные функции, что позволило установить соответствие социотипов их образам в пространстве их свойств (признаки Рейнина). Все остальное – это либо толкования и переименования соционической модели на разные лады (не добавляющие сути, но для кого-то удобные и только для них тем самым полезные), либо неубедительные попытки связать соционику с различными сторонними теориями, либо подделки под соционику.

9. Что Вы думаете о научных степенях в соционике?

А что можно думать о том, чего не существует, кроме как мечтать об этом. Мечтаю, что соционика когда-нибудь получит официальное признание и в ней будут выдаваться научные степени. И, похоже, не я один об этом мечтаю. Местами в соционике уже даже проводятся игры в настоящих ученых со степенями.

Пока же с удовлетворением отмечаю, что в других науках уже защищаются диссертации с вкраплениями соционики. Не исключено, что развитие пока по этому пути и пойдет: диссертации будут иметь соционическую направленность, а степени будут выдаваться в областях, например, психологии или биологии.

10. Как, на Ваш взгляд, можно уменьшить разногласия между различными социониками и соционическими школами? Что для этого должно произойти и от чего это зависит?

Уменьшить разногласия между социониками невозможно, потому что в их основе лежат принципиальные расхождения взглядов. Эволюционным путем, как в психологии, это не решается. В психологии значительная часть проблем снимается пониманием, что любая психологическая теория применима, лучшей нет, и каждая имеет свою ценность. Но в соционике – несерьезно считать, что любая версия социотипа человека имеет для него ценность. Социотип – это реальность, а не просто теоретическое измышление, и у каждого человека эта реальность одна единственная. Абсурдно надеяться, что уживутся разные школы, по-разному идентифицирующие эту реальность. Не приходится надеяться и на то, что соционики добровольно придут к единым социотипам, так как большинству из них для этого придется признать, что они неправильно определяли социотипы своих клиентов и, кстати, свой тоже. И абсурдом же является надежда на то, что победит какая-то школа по той лишь причине, что будет более организованной и финансируемой.

Нелепым является и чисто деловой подход. Рыночные конкурентные методы не решат проблему, разве что загонят коммерсантов в угол, когда в итоге выяснится размер их моральной и материальной задолженности перед ошибочно типированными клиентами.

Так что, спокойно ждем – и готовим, кто может, – «революцию». А революцией будет открытие методов идентификации типов (скорее не в соционике, поэтому типов), которые мы сейчас называем социотипами. После этого единицы (в лучшем случае) отдельных социоников или школ, кто сумеет провести параллели между своими и обнаруженными типами, или просто сумеет быстро перестроиться, продолжат деятельность в соционике. Большинство – прекратят. Не исключено, что какая-нибудь наиболее развитая школа превратится в некое новое направление психологической типологии личности, то есть продолжит заниматься тем, чем и занимается, только будет вынуждена это признать.

А вот после этого уже появится обычная конкурентная борьба школ, но только за работу с клиентами, у которых будут единственно верно определены их социотипы, и за методы работы, которые вполне естественно и нормально будут разными в разных школах.

11. Какими Вы видите перспективы развития соционики?

В общем-то, я все рассказал при ответе на предыдущий вопрос. Картина получилась несколько идеализированной, но приблизительно так оно и будет. Иное развитие событий просто невозможно. Всеми другими способами, старающимися обойти проблему точной идентификации социотипа, соционика не развивается, а все глубже загоняется в тупик.

Другой вопрос, когда это произойдет. Ставку надо делать на непсихологические методы определения социотипа. Психологические измерения по определению носят неточный вероятностный характер. Надо заинтересовывать соционикой представителей других наук, выполняющих в них самые разные функции, в том числе и административно-финансовые. Насколько быстро это сработает, пока сложно сказать.

12. Что Вы считаете вредным и неприемлемым для соционики?

Как и для всех наук, да и вообще для любых видов деятельности, основным злом для соционики являются некомпетентность и интриганство. Если судить по масштабам этих явлений, соционика уже совершенно состоялась как полноценная наука.

Есть у соционики и специфические проблемы. Назову наиболее важную, на мой взгляд. Популяризация и коммерциализация соционики опережают развитие и практическую проверку ее теоретической базы. Некоторые откровенно стремятся заработать на соционике, увидев в ней раскрученный бренд. Приступают к деятельности в соционике, не имея для этого достаточной подготовки, а зачастую и призвания к науке или к работе с людьми. Поэтому распространяют они под видом соционики просто некие очевидные им классификации людей, по которым невозможно серьезно прогнозировать проявления их якобы социотипов и отношения между ними. То есть те самые «неработающие варианты соционики». Ратуют за коммерческие рыночные методы продвижения соционики, которую и воспринимают в первую очередь как рынок услуг, и считают это ее развитием. Тогда как развивающаяся наука, наоборот, нуждается в финансировании, а не в дойке. Наверное, такие проблемы имеются не только в соционике. Но дояров соционики вывести на чистую воду особенно сложно именно потому, что ее доказательная база отстает от ее популяризации, на чем они и играют. Причем обязательным их атрибутом является бабочка солиста хора, поющего о необходимости изобличения шарлатанов.

13. Над какими направлениями в соционике Вы сейчас работаете? Какие книги и статьи собираетесь опубликовать в ближайшее время?

Продолжаю накапливать наблюдения за проявлениями признаков Рейнина. Уверен, что это поможет точнее и ближе к сути сформулировать не только содержание самих признаков, но и все основные понятия соционики.

Практически занимаюсь в основном типированием и консультированием по проявлениям социотипа. Обсуждаю с заинтересованными людьми возможные пути академического продвижения соционики, организации исследований и практического применения.

Планы публикаций имеются, но пока они не настолько конкретны по срокам, чтобы о них сообщать. Пока можно ознакомиться с публикациями на моем недавно открывшемся сайте «Прикладная соционика» (http://16ego.ru/).

14. Что бы Вы посоветовали тем, кто начинает изучать соционику?

Начинающим советую не покупаться на кажущиеся очевидность и доступность соционики и не пытаться сразу же самостоятельно определять свой социотип или социотипы родственников и знакомых. Так же как не приступаете к медицинской практике, побродив по медицинским интернет-форумам, и как не хватаетесь за скальпель после просмотра сериала «Скорая помощь».

Не надейтесь на тесты. Ныне существующие они пригодны только для того, чтобы составить общее представление о заложенных в них принципах. И не верьте тем, кто обещает быстро научить типированию. На нынешнем этапе развития технологий типирования, для обучения действительно определению социотипов, а не просто некой классификации личных впечатлений от людей, требуются долгие годы.

Имейте в виду, что по всем законам психологии поспешное ошибочное мнение о социотипах реальных людей окажется очень устойчивым, и со временем вас можно будет поздравить с созданием очередной бесполезной версии соционики. Полбеды, если только для себя, если вам не придет в голову учить этому других.

И ни в коем случае не изучайте соционику по сайтам – они полезны только как вспомогательные пособия – и по интернет-форумам – они для начала просто вредны. Начинайте только с книги А. Аугустинавичюте «Соционика» и обязательно прочитайте «Психологические типы» К. Юнга. Кстати, покажутся ли эти книги вам скучными, станет хорошим индикатором, надо ли вам что-то в соционике творить, или вполне достаточно оставаться ее грамотным пользователем.

Решает вопросы информационной безопасности, организационной психологии, кадрового менеджмента, сопровождения переговоров, психологической совместимости. Предлагает услуги по семейному консультированию.

В 1996-1997 гг. руководил Днепропетровским Клубом Соционики. Автор более 25 статей, в которых изложены результаты исследований, их анализ и пути применения (http://tikhonov-psy.info/?page_id=6). Сторонник системного подхода к изучению соционики и ее практическому использованию.

1. Расскажите, как Вы узнали о соционике, при каких обстоятельствах? Чем она Вас привлекла? Столкнулись ли Вы с какими-либо трудностями при ее изучении?

О Соционике я впервые узнал в 1992г. В то время я работал над кандидатской диссертацией по теме «Моделирование объекта управления для отладки АСУ ТП на горках сортировочных станций». И тут появляется в лаборатории наша сотрудница, Танечка Москвичева, и говорит: «Тихонов! Ты тут такой ерундой занимаешься, а люди – психику моделируют…».  И протягивает мне журнал «Знание — Сила». А там статья Игоря Вайсбанда про соционику… Естественно, что я заинтересовался! (Еще со школьных лет зачитывался фантастикой Ивана Ефремова и его «Лезвие бритвы» мне очень сильно «легло на душу»…) А потом к нам в Днепр приехал Дима Ритчик — Виктория Ивановна Гудрамович, которая в то время руководила научно-производственной соционической фирмой, пригласила его к нам почитать лекции. Как потом оказалось, до Димы в Днепр приезжал Сергей Филимонов. Но его лекций я, к сожалению, не слышал… Это были первые, непосредственные ученики Аушры.

После окончания курса мы остались «вариться в собственном соку»: интернета и сайтов тогда еще не было. Не дремали: рыскали в поисках любой информации о Соционике. Стас Гугель организовал тогда Первый Соционический Клуб в Днепропетровске. Мы собирались в одной из школ, делились «добычей» и «типировали» всех зашедших в клуб попить чайку…

В конце концов, все это превратилось в обычное чаепитие, т.к. новой информации не поступало. В итоге клуб тихонько прекратил свою работу…

А привлекла меня Соционика тем, что я сразу же увидел объяснение многим личным, деловым и прочим жизненным ситуациям, которые «до этого имели место быть». К тому времени (как сказал кто-то из бардов), я успел «написать немного песен, наломать немало дров»… И практически все причинно-следственные связи проявились, когда события своей жизни я стал рассматривать через призму соционики. Разумеется, сейчас я понимаю, что тогда давно было очень приятно найти объективные причины собственным проблемам. Это «очищало совесть»: «Это все разные психотипы и интертипные отношения виноваты»… А потом я заметил, что в Соционику приходят разные люди, но часто за одним и тем же: для начала самооправдаться, а потом уже разобраться… У них включается психологическая защита по типу рационализации. Хотя, может быть, это взгляд «рационального логика»?

Первая трудность, с которой я столкнулся – самоидентификация. Полгода искал себя. Предположительно это было связано с семейными установками – мама (ЭСИ), а отец – ЛСИ, т.е. — вторая и третья квадры. Об этом я писал в шуточной заметке «Шестнадцатиканальная шизофрения» (http://tikhonov-psy.info/wp-content/uploads/2009/11/16-кан_ШИЗ.pdf). Так и «болтался» я между Джеком и Максимом. Мои друзья и знакомые соционики меня тоже поначалу считали Максимом. Но вот Аушра увидела во мне Гамлета при первой встрече…

Вторая трудность встретилась при попытке самостоятельного внедрения соционики в практику в 1996 г. Мы тогда организовали кадровое агентство «ТАЛЕР». При нем работала еще и Служба Знакомств. Нас тогда было трое: Ирина Лапина (ИЛЭ), Наталья Безгубая (ЭСИ) и я (ЛИЭ). Соционически «гремучая смесь» получилась! Для полной малой группы мозгового штурма нам не хватало еще человека типа СЭИ… Постепенно, в какой-то момент, на примере нашей деятельности, я увидел, что Соционика НЕ РАБОТАЕТ!!! Это было ужасно! Я понял, что одних соционических знаний не хватает. И чтобы разобраться, почему – я пошел получать классическое психологическое образование… На вопрос преподавателя: «А зачем вы сюда пришли?», я четко ответил: «Хочу разобраться, чем отличается ТИПНОЕ от ЛИЧНОСТНОГО». К тому времени я уже понял, что Соционика работает только с ТИМами, с Моделями, а Личности — там нет. Но ведь Человек — это же Личность! Теперь я, как психолог, хорошо вижу «дырки» в теоретических постулатах соционики, а как соционик – «дырки» в психологическом моделировании. Кстати, я защитил диплом психолога на тему «Соционический подход в исследовании личности и межличностных отношений», т.е. на поставленный в начале учебы для себя вопрос — я ответил!

2. Кого из социоников Вы считаете своими учителями? Чьи книги и труды изучили в первую очередь?

Конечно же – Аушра! К сожалению, мне довелось с ней лично общаться только на конференциях в Киеве в 1996-1998 гг. Но все ее работы я проштудировал подробно!

Огромнейшее спасибо я хочу сказать моему Учителю – Григорию Александровичу Шульману. Фактически я его считаю своим «Крестным отцом» в соционике. И очень жаль, что он больше не приносит на конференции свою табличку «Погрешность измеряющего инструмента»!

После цикла статей Игоря Вайсбанда в руки попалась брошюра Олега Слинько «Путь к сердцу — соционика», затем – А.В.Букалова и А.Г.Бойко … Ну, а когда вышла первая книга Е.С.Филатовой, это был просто подарок Судьбы…

На конференциях в Киеве я конспектировал и делал диктофонные записи практически всех докладов, но в первую очередь старался разобраться с идеями Виктора Гуленко, Владимира Давидовича Ермака, Евгения Литровника, Сергея Савченко. Всегда очень нравились выступления Ольги Карпенко. Потом обратил внимание на интересные доклады Михаила Калмана и Игоря Литвиненко.

3. Какие теории Вы считаете основополагающими для соционики?

Я рассматриваю Соционику как естественное продолжение теории психологических типов Карла Юнга. И естественно, считаю основополагающими его теорию психологических типов и теорию Антона Кемпинского об информационном метаболизме! Это же первоисточники соционики. Их надо знать каждому, кто решил серьезно заниматься соционикой!

4. Отличаются ли Ваши взгляды на соционику от тех, что принято считать «традиционными»? Если да, то чем?

А что считать «традиционными взглядами»?

Я придерживаюсь системного подхода. Считаю, что Соционика – это составная часть Психоинформационных технологий наряду с американским Типоведением (typewatching) и Символьной соционикой. А в системном подходе любое явление или предмет надо исследовать как минимум на трех смежных системных уровнях, чтобы получить достоверный результат.

Психоинформационные технологии – это совокупность методов изучения информационной структуры психики человека для организации и прогнозирования поведения социальных систем различного уровня (от одного человека до целого государства).

Типоведение — позволяет определить – КАК проявляются те или иные качества психологического типа при взаимодействии с внешним миром. Основной рабочий инструмент – тест МВТІ (Индикатор типов Майерс-Бриггс). Изначально разрабатывалось для решения задач профориентации.

Соционика — позволяет определить – ПОЧЕМУ проявляются те или иные качества психологического типа при взаимодействии с внешним миром. Использует МОДЕЛЬ ПСИХИКИ каждого типа и прогнозирует взаимоотношения с представителями других типов на основании теории интертипных отношений.

Символьная соционика позволяет  определить – ДЛЯ ЧЕГО проявляются  качества того или иного психологического типа при взаимодействии с внешним миром, т.е. какая социальная роль выполняется представителем данного психологического типа. Основной рабочий инструмент – наблюдение эксперта за стереотипами поведения и стереотипами мышления определяемого человека.

Есть ли в таком подходе отличие от традиции? По-моему – нет.

5. Какие ТИМы, на Ваш взгляд, преобладают в современном обществе? Зависит ли соотношение ТИМов от национальных, территориальных, социокультурных и других факторов?

Какие ТИМы преобладают – не берусь сказать, ибо считаю этот вопрос некорректно поставленным – в каком обществе, в какой генеральной выборке?

А вот на второй вопрос готов ответить утвердительно! Да, я согласен с понятием «интегральный ТИМ» и использую его в своей практике.

6. Каково Ваше отношение к существующим теориям о подтипах одного и того же ТИМа? В чем заключается Ваш подход к подтипам?

С «подтипами» я обычно не работаю, но четко отличаю Жукова сенсорного и логического подтипов, или Бальзаков интуитивных от логических… Другими словами – дифференцирую для себя инициальный подтип (творческий) от терминального (базового).

Более громоздкие теории подтипов не очень удобны в практической работе, на мой взгляд.

7. В чем заключается особенность Вашей методики определения ТИМа (типирования)? Чьи результаты типирования Вы считаете наиболее высокими?

При определении ТИМа я сначала визуально либо по тесту выдвигаю для себя гипотезу, а потом верифицирую ее на трех вышеупомянутых уровнях – проверяю базис Юнга (Типоведение), смотрю на стереотипы реакций (поведения) и стереотипы суждений (мышления) (Символьная Соционика Савченко), отслеживаю информационные аспекты, по которым «кричит» определяемый, и некоторые признаки Рейнина (классическая Соционика Аушры). И в результате свожу все воедино. Иногда не удается определить ТИМ точно, но с человеком можно работать, в первом приближении, как с «логической дамой» или «рациональным рыцарем». Потом, постепенно, в процессе взаимодействия определяю его тип до конца.

Кстати, в 1997 г. мы с Ириной Лапиной и Натальей Безгубой разработали хороший дихотомический тест для определения ТИМа (подробнее — [http://tikhonov-psy.info/wp-content/uploads/2009/11/Статья-3_ST200_31_all.pdf]).

Насчет высоких результатов… Однажды мне пришлось услышать от коллеги фразу, высказанную типируемому, не согласному с ее результатами определения его ТИМа: «Если Вам сказал Эксперт, что Вы – Жуков, значит Вы – Жуков!!!». Вообще-то, если эксперт сказал, что Вы – Жуков, то это означает ВСЕГО ЛИШЬ, что именно данный эксперт определил Вас Жуковым и не более того! Хочется призвать всех коллег быть толерантными и не забывать табличку Шульмана «Погрешность измеряющего инструмента»!

И еще раз хочу напомнить о результатах пресловутого эксперимента по сходимости результатов типирования СРТ-99 в Днепропетровске, на который зачастую любят ссылаться те, кто там не присутствовал… Владимир Павлов просто организовал его так, чтобы результат не получил сходимости! Тогда изначально были полностью нарушены основополагающие принципы «Теории планирования эксперимента»!

8. Как бы Вы оценили положение дел в соционике в настоящее время? Какие школы и исследования каких авторов, на Ваш взгляд, имеют наибольшее значение для развития соционики?

Думаю, что Соционика прошла начальную стадию цикла жизненного развития любой системы   — «Зарождение» и сейчас находится на второй стадии — «Рост».

Для развития Соционики важны различные взгляды, ведь мы вместе создаем ее стены на том фундаменте, который создала Аушра. Гипотез очень много. Теперь нужен титанический труд на подтверждение (или опровержение) этих гипотез корректными научными эмпирическими исследованиями!

9. Что Вы думаете о научных степенях в соционике?

Наличие такой степени говорит о том, что ее обладатель «известен в узких кругах» (магистр) или «широко известен в узких кругах» (доктор)… Думаю, что в этих степенях есть положительная мотивирующая составляющая! А это идет на благо общему делу, т.е. Соционике! Присвоенная степень в какой-то мере просто отражает ту долю в развитии Соционики, которую вложил ее обладатель, и подтверждает определенный уровень его компетентности в кругу единомышленников.

10. Как, на Ваш взгляд, можно уменьшить разногласия между различными социониками и соционическими школами? Что для этого должно произойти и от чего это зависит?

Толерантность и взаимоуважение!

11. Какими Вы видите перспективы развития соционики?

Считаю, что соционика – это «Золушка 20-го века» и «Принцесса 21-го века»!

12. Что Вы считаете вредным и неприемлемым для соционики?

С одной стороны – догматизм, а с другой стороны – нигилизм. Они никогда не приводили к развитию!

А еще вредным считаю застревание в том, что В.И.Ленин называл «детской болезнью левизны»… Зачастую вместо того, чтобы разобраться в том, что уже создано, люди начинают придумывать свое, не зная вообще или не разобравшись в первоосновах…

13. Над какими направлениями в соционике Вы сейчас работаете? Какие книги и статьи собираетесь опубликовать в ближайшее время?

Одно из направлений – это соционический трениг личностного развития «Соционика — путь к успеху». Это трехступенчатый тренинг:

- 1-я ступень — «Познай и обрети себя»;

- 2-я ступень — «Познай и обрети друзей»;

- 3-я ступень (мастерская программа) — «Умей быть другим, оставаясь собой».

Первые две ступени проведены, а 3-я в настоящее время разрабатывается. Предварительные результаты были доложены в прошлом году на Киевской конференции.

Другое направление – создание удобной компьютерной программы для менеджеров по персоналу, в которой соединены разработанные нами тесты (для определения ТИМа и профессиографическая методика) (http://tikhonov-psy.info/wp-content/uploads/2009/11/Kiev2005.pdf) с возможностью расчета социально-психологического климата коллектива. Предварительные результаты также были доложены в прошлом году в Киеве.

Начал работу над книгой «Психоинформационные технологии в кадровом менеджменте».

14. Что бы Вы посоветовали тем, кто начинает изучать соционику?

Своим студентам в университете я обычно всегда советую: «Ребята! Учите матчасть!». То же хотелось бы посоветовать и начинающим соционикам! Прежде чем пытаться развешивать ярлыки с ТИМами налево и направо – читайте, читайте, читайте!

Соционический ТИМ: ИЛЭ (Дон Кихот).

Григорий Романович также откликнулся на предложение Татьяны Меньшовой дать ответы на стандартные вопросы интервью для нашего журнала.

Фото Александра Митина

1. Расскажите, как Вы узнали о соционике, при каких обстоятельствах? Чем она Вас привлекла? Столкнулись ли Вы с какими-либо трудностями при ее изучении?

Случайно наткнулся у себя в книжном шкафу на работу Аушры «Теория интертипных отношений». Это был приблизительно год 82-й. Работа привлекала новым ощущением от психологической литературы. Это было похоже на науку. Кроме этого, был сильный внутренний импульс, которому я подчинялся всецело, но осознавал плохо.

2. Кого из социоников Вы считаете своими учителями? Чьи книги и труды изучили в первую очередь?

Аушра Аугустинавичуте и Игорь Калинаускас.

3. Какие теории Вы считаете основополагающими для соционики?

Все работы Аушры Аугустинавичуте, работа Юнга «Психологические типы».

4. Отличаются ли Ваши взгляды на соционику от тех, что принято считать «традиционными»? Если да, то чем?

Вопрос неконкретный. Что именно «принято» считать традиционным взглядом? И кем? Что-то не припомню, чтобы что-либо подобное «принимали» Не понимаю, от чего отталкиваться.

5. Какие ТИМы, на Ваш взгляд, преобладают в современном обществе? Зависит ли соотношение ТИМов от национальных, территориальных, социокультурных и других факторов?

Я таких социо-психологических исследований не проводил. На мой взгляд, в этом вопросе должно существовать некоторое социально-экологическое равновесие. Одних поменьше, других побольше. Что касается социо-культурных факторов, то здесь речь скорее может идти о некотором наиболее распространенном, социально приемлемом стиле поведения, тяготеющем к какому-либо типу или группе типов.

6. Каково Ваше отношение к существующим теориям о подтипах одного и того же соционического ТИМа? В чем заключается Ваш подход к подтипам?

Я думаю, что подтипов, так же, как и смешанных типов, не существует. Есть неполные описания типов. Введение подтипов компенсирует описательную слабость наших моделей. Никакие модели полностью тип не описывают, однако введение подтипов считаю методологически неправильным. Подтипы позволяют различать объекты внутри типа, что противоречит представлению о типе как о гомогенном множестве. Да и данные по ортогонализации многофакторных тестов представлению о подтипах противоречат. Тип – это уровень гомогенности, на котором процедура классификации заканчивается. Идея подтипов обусловлена лишь моделями ИМ и является, с моей точки зрения, неким удобным лаконичным языком для описания свойств типов при помощи этих моделей (например, модели А).

7. В чем заключается особенность Вашей методики определения ТИМа (типирования)? Чьи результаты типирования Вы считаете наиболее высокими?

Я, вслед за Аушрой,  при типировании больше опираюсь на собственные ощущения, чем на какую-то методику. Рейтинг типировщиков оценивать не берусь, все временами ошибаются. Абсолютно надежных методик пока не знаю.

8. Как бы Вы оценили положение дел в соционике в настоящее время? Какие школы и исследования каких авторов, на Ваш взгляд, имеют наибольшее значение для развития соционики?

В настоящее время – это в основном исследования «вширь» и прикладная деятельность. Из кардинально новых идей это, пожалуй, работы А.Букалова на стыке с теоретической физикой и работы А.Воронова, связывающие соционические представления с восточной традицией. Думаю, что для развития соционики безусловно имеют значение работы И.Н.Калинаускаса, Г.А.Шульмана, В.Гуленко, В.Д.Ермака, Н.Н.Медведева, Г.Рейнина, Е.С. Филатовой, Т.Меньшовой, Т.Н.Прокофьевой, В.Стратиевской, В. Миронова, Е.Шепитько, А.М.Ельяшевича. Только перечисление исследователей, плодотворно творчески работающих в этой сфере, заняло бы более страницы.

9. Что Вы думаете о научных степенях в соционике?

Я привык оценивать по работам, а не по степеням. У Аушры, например, никаких степеней не было. Однако, для научного сообщества степени, по всей видимости, нужны для установления некой иерархии.

10. Как, на Ваш взгляд, можно уменьшить разногласия между различными социониками и соционическими школами? Что для этого должно произойти и от чего это зависит?

1). Признать, что все по сути коллеги и занимаются одним делом – исследованием свойств СОЦИОНА.

2). Перестать спорить о моделях.

3). Ввести в некоторое разумное русло процесс беспорядочного определения типов.

11. Какими Вы видите перспективы развития соционики?

1) Очень надеюсь, что, в конце концов, появится надежный тест, определяющий все типы ИМ. (Это задача, по-моему, на порядок более сложная, чем все остальные соционические вопросы.)

2) Соционические знания войдут в культуру, то есть станут достоянием широких кругов.

3) Будут подробно исследованы свойства интертипных отношений и малых групп.

4) Будут найдены физические, а может быть и генетические обоснования типа ИМ.

12. Что Вы считаете вредным и неприемлемым для соционики?

1)      Нетерпимость в дискуссиях между различными направлениями.

2)   Вредным также считаю использование соционики для ответа на вопрос «кто я?». Знание типа ИМ необходимо не для того, чтобы с типом отождествиться, а чтобы растождествиться. Такое неграмотное использование соционики является, безусловно, вредным и для людей, и для самой науки в целом.

13. Над какими направлениями в соционике Вы сейчас работаете? Какие книги и статьи собираетесь опубликовать в ближайшее время?

Думаю над тем, как организовать подачу соционического материала в виде тренинга. Продолжаю заниматься теорией признаков дихотомии социона и малыми группами. Изучаю возможные подходы к построению надежного теста для определения ТИМ.

14. Что бы Вы посоветовали тем, кто начинает изучать соционику?

Читайте Аушру.

С уважением,

Григорий Рейнин.

Виктор Владимирович Гуленко — один из крупнейших теоретиков соционики, в то же время практик-консультант, основатель и руководитель Школы гуманитарной соционики (ШГС). Член Ученого совета и активный участник Международного института соционики (г. Киев). По образованию филолог, кандидат филологических наук. Соционический ТИМ  - ЛИИ (Робеспьер).

По просьбе Татьяны Меньшовой  Виктор Владимирович любезно согласился ответить на вопросы нашего журнала.

1. Расскажите, как Вы узнали о соционике, при каких обстоятельствах? Чем она Вас привлекла? Столкнулись ли Вы с какими-либо трудностями при ее изучении?

- Когда работал преподавателем в Киевском госуниверситете, в 1985 году мне попался в руки рабочий материал по соционике Игоря Вайсбанда. Определив свой тип, я  сразу же взялся за проверку типологии в студенческих группах, где я преподавал. Убедившись, что типология  работает, я начал создавать собственные  опросники, а также писать первые работы по различным  фундаментальным и прикладным проблемам  соционики. Вместе с А. Диденко и Г.Шульманом в следующем году мы создали клуб соционики при Киевском доме учителя, который я вёл несколько лет.

- Главная трудность была в отсутствии надёжных методов социодиагностики.

2. Кого из социоников Вы считаете своими учителями? Чьи книги и труды изучили в первую очередь?

- Аушру, хотя это и не было прямым обучением. Читал её работы, а также источники, из которых рождалась соционика – К. Леонгард, А. Личко, Э. Кречмер, А. Кемпиньски, Б. Шнейдерман, Акофф  и Эмери и, конечно же, К.-Г. Юнг.

3. Какие теории Вы считаете основополагающими для соционики?

- Я уже перечислил выше.

4. Отличаются ли Ваши взгляды на соционику от тех, что принято считать «традиционными»? Если да, то чем?

- Да, отличаются и очень сильно.  Наличием подтипов, энергетической моделью, концепцией личности, процедурой диагностики, системой обозначений и наименований. Все эти отличия (за исключением диагностики) я  активно обсуждал с Аушрой.

5. Какие ТИМы, на Ваш взгляд, преобладают в современном обществе? Зависит ли соотношение ТИМов от национальных, территориальных, социокультурных и других факторов?

– Я ТИМами не занимаюсь, поэтому вопрос не ко мне.

6. Каково Ваше отношение к существующим теориям о подтипах одного и того же соционического ТИМа? В чем заключается Ваш подход к подтипам?

- Я развиваю это направление с самого начала моего прихода в соционику.  Только оно касается не ТИМов, а социотипов. Есть описания четырёх основных вариантов каждого социотипа.  Их существование исследователь может проверить экспериментально. Я убеждён, что без знания эпитипных различий соционика  не решит на практике проблему совместимости.

7. В чем заключается особенность Вашей методики определения ТИМа (типирования)? Чьи результаты типирования Вы считаете наиболее высокими?

- Особенность моей методики в том, чтобы выводы о социотипе  делать не по словам, а по делам.

- В рамках определённой  школы – её создатель. Между школами такое сравнение бессмысленно, так как у каждой школы  своя галерея типов.

8. Как бы Вы оценили положение дел в соционике в настоящее время? Какие школы и исследования каких авторов, на Ваш взгляд, имеют наибольшее значение для развития соционики?

- Сейчас в соционике период борьбы за существование. Выживет  та школа, которая окажется более организованной и устойчивой и сможет получить поддержку у какой-нибудь крупной структуры или государства.

9. Что Вы думаете о научных степенях в соционике?

- Их надо присуждать в рамках системных школ, а со временем, когда ситуация стабилизируется, переходить к взаимному признанию степеней и квалификаций.

10. Как, на Ваш взгляд, можно уменьшить разногласия между различными социониками и соционическими школами? Что для этого должно произойти и от чего это зависит?

- Уже нельзя, потому что время, когда ещё можно было договориться, упущено. Однако вполне возможны коалиции, а также союзы на основе парадигмальной платформы и взаимодополнения. Не стоит так переживать, что соционика раздроблена. У психологии то же самое, но психологи умеют находить точки соприкосновения, если не между собой, то хотя бы с властями.

11. Какими Вы видите перспективы развития соционики?

- Со временем сработает естественный отбор и на арене остануться наиболее соответствующие  брошенным нам вызовам  2 – 3 системные школы соционики. И это будет хорошо, ведь настоящих социоников мало, главным образом, мы имеем дело с отдельными попутчиками и разношёрстными тусовками любителей. Когда туман рассеется, представители этих школ соберутся на конгресс и выработают единый стандарт обозначения (функций, типов, групп) и трактовки своих понятий. Удачный исторический пример, на который нам надо равняться, – конгресс химиков в Карлсруэ в 1860 году.  На нём, в частности, донаучные геометрические обозначения химических элементов (напоминают  кружки, квадратики и треугольники современных информационистов) заменили на буквенную символику, которой мы пользуемся и поныне.

12. Что Вы считаете вредным и неприемлемым для соционики?

– Отрыв от практики, бесплодное теоретизирование, верхознайство, желание впихнуть в соционику даже то, что не касается её предмета.

13. Над какими направлениями в соционике Вы сейчас работаете? Какие книги и статьи собираетесь опубликовать в ближайшее время?

- Над невербальной диагностикой. Ничего, кроме записей в блогах, в данный момент публиковать не собираюсь. Занимаюсь в основном практикой (семинары, тренинги, практические занятия, консультации, клуб).  Для серьёзных исследований и экспериментов нужна спонсорская поддержка.

14. Что бы Вы посоветовали тем, кто начинает изучать соционику?

- Определиться, для чего она вам нужна. Если для профессиональной деятельности, то выберите себе какую-то одну школу и на неё ориентируйтесь. Только держитесь подальше от болтунов от соционики, а также авторитаристов, превращающих соционику в секту.